1. Она смеялась.

Она смеялась. Господи, как же она тогда смеялась… Этот звук до сих пор режет мне уши в этой пустой комнате.
Мы сидели за каким-то старым деревянным столом, пили дешевое вино из тяжелых бокалов, и мир вокруг казался декорацией. Я смотрел на неё, улыбался в ответ и… ничего не понимал. Для меня это был просто очередной вечер. Один из сотен таких же. Обычный, обыденный, серый четверг или вторник.
Я принимал её радость как должное. Знаете, как принимают воздух, которым дышат, или солнце, которое встает по утрам? Ты ведь не благодаришь воздух за то, что он есть. Вот и я не ценил. Мне казалось, что так у всех, что по-другому и быть не может. Что она никуда не денется, что этот смех — моя пожизненная собственность, которую можно отложить на полку и заняться "важными" делами.
Я не замечал мелочей. Того, как её пальцы чуть дольше задерживались на моем плече. Как она затихала, когда я утыкался в телефон посреди разговора. Как её "всё нормально" с каждым разом становилось чуть глуше и холоднее. Мне казалось — ай, глупости, бытовуха, капризы, у всех так. Переболеет.
Я не видел, что из этих крошечных, незаметных песчинок моего равнодушия каждый день рос лавинный ком. Каждое моё "потом", каждое невпопад брошенное слово, каждый пустой взгляд, когда ей нужно было, чтобы я просто посмотрел в глаза — всё это падало в одну чашу весов. Этот ком катился молча, незаметно, пока в один день просто не снёс всё до основания.
Она светилась для меня, а я думал, что это обычная лампочка, которая никогда не перегорит. И просто ждал, пока наступит темнота.