СпортРота.

До призыва в армию молодой парень с шахтёрского посёлка Кагиров Тимур успел получить диплом в политехническом техникуме областного центра и выполнить разряд Кандидата Мастера Спорта СССР (КМС) по боксу в весовой категории до 48 кг.( вес "Мухи"). Как все пацаны тех лет относился к своему призыву в войска абсолютно спокойно. Такого понятия как «закосить от армии» в то время не существовало в принципе. Тем более Тимур знал, что по договорённости своих тренеров с военкоматом служить он будет недалеко от дома в спортроте танкового училища. А вот этот факт в те далёкие годы был очень даже большой редкостью. Обычно армейская служба проходила вдалеке от родных мест.
На областном призывном сборном пункте Тимур пробыл всего один день. Под вечер появился здоровый майор с петличками танкиста и со значком Мастера спорта СССР, посадил Тимура и ещё двух призывников в Уазик и привёз всех в расположение танкового училища. Было уже поздно, майор представился как старший тренер спортивной роты Литвиненко и оставил их до утра в спортзале. Тимур познакомился с ребятами, оказались оба тоже выполнили на гражданке разряд КМС, но – по лёгкой атлетике. Новобранцы, рассказывая друг другу байки из спортивной жизни, поужинали последний раз остатками домашней пищи. На ночь улеглись, как могли, там же в зале - на матах.
Утром привели всех троих в клуб части в кабинет старшего тренера. Майор, сидя за столом и поглаживая свой круглый живот, объяснил, что служить они будут в спортивной роте, которая здесь так и называется - подразделение майора Литвиненко. Спортрота располагается на последнем четвёртом этаже казармы батальона обеспечения. В подвале и на чердаке здания тоже есть спортзалы, где в основном тренируются борцы и боксёры. Главный спортсмен части важно сообщил, что закончил в своё время военный факультет Ленинградского института физической культуры им. П.Ф. Лесгафта, является мастером спорта по вольной борьбе; и целых два года он будет из них делать нормальных военных спортсменов, а не сопливых гражданских физкультурников.
В конце короткой лекции добавил, что выступать придётся за училище и округ не только по своим видам спорта, но и по военному троеборью - бег на 3 км, стрельба и метание гранат. До присяги им необходимо будет пройти курс молодого бойца в батальоне обеспечения училища, где они будут приписаны по штату. После чего майор привёл их в этот батальон и радостно представил старшине:
- Вот мои засранцы - бегунцы! Отдаю до присяги, комбат знает.
Тимур тут же хотел сказать, что он, во-первых, не засранец, а во-вторых, совсем не «бегунец», а КМС по боксу. Но решил пока молчать и разобраться, что к чему. Прочувствовать, так сказать, атмосферу солдатской жизни и её дух.
Прочувствовал! Но немного позже! Особенно - дух! Старшина спросил размер обуви, на глаз прикинул одежду и повел в баню, вернее, в душ с едва тёплой водой, а сам отправился на вещевой склад за формой. В предбаннике призывники оставили свою гражданскую одежду, которую тут же осмотрел с брезгливым видом местный солдат-банщик. Помылись быстро, хотя на троих был всего один кусок мыла.
Странно, но, вся новая военная форма и обувь подошла призывникам по росту, хотя Тимур от многих отслуживших слышал, что в начале службы всем выдают на размер больше. Старшина привёл всех в роту и выдал каждому по паре чёрных погон, петличек, нитки и иголки. Затем вызвал дежурного по роте и приказал отвести пополнение в бытовку и научить молодых солдат оборудовать форму. Дежурный по роте представился младшим сержантом Смирновым и сказал:
- Показываю только один раз!
Взял ХБ у одного из новобранцев и быстро пришил только с одной стороны погон и петличку. Затем остальные уже сами на этом наглядном примере, исколов все пальцы, оборудовали свою форму. После обеда собрали всех призывников в Ленинской комнате и приказали учить Устав. А перед ужином прошли занятия по строевой подготовке. Первый день в армии прошёл хорошо!
Наступила вечерняя поверка перед отбоем. Тимур был в этом строю самый маленький ростом и самый худой, поэтому стоял крайним слева. Надо было, услышав свою фамилию, просто громко ответить - «Я»! Перед службой Тимуру говорили и про лычки, и про звания; но он их особо не запоминал, просто знал, что все солдаты с лычками - это сержанты. Ещё он твёрдо знал, что сержантов бить никак нельзя! Дежурный по роте зачитывал список, а второй высокий и сутулый с прыщавым лицом и с одной лычкой на погоне ходил за спинами строя и пинал каждого отвечающего сапогом под колено. Это занятие доставляло «Длинному» огромное удовольствие. Когда молодой боец приседал от удара, он громко ржал и повторял:
- Не нарушать строй, солдат!
Было видно, что младшему сержанту Смирнову, зачитывающему список подразделения, эти действия прыщавого не нравятся. Но дежурный по роте ничего не говорил и дочитал список до конца. Потом последовала команда «Отбой», солдаты начали снимать сапоги и форму. «Длинный» вдруг схватил Тимура за шиворот:
- Здесь стой! - и обратился к Смирнову, - я заберу этого салабона в каптёрку, пусть сапоги дедам почистит, пока они в Ленкомнате телик смотрят.
Младший сержант только кивнул. Они вдвоём зашли в небольшую комнату, где во всю стену висели шинели и бушлаты, а сверху были установлены закрытые стеллажи. На полу лежали два тюка с бельём. Пахло мылом и молью. Посреди комнаты стоял стол со стульями, в углу комнаты - металлический сейф. «Длинный» спросил у Тимура:
- Знаешь, кто я? - и сам же важно ответил: - я - каптёр, меня зовут Станислав Нетребко! А это - моя каптёрка!
С довольным видом обвёл руками вокруг.
- А ты - просто - салабон! И звать тебя - никак! И сейчас нам будешь сапоги чистить!
Тимур только пожал плечами. Ещё с гражданки знал, что первые полгода службы ему придётся подшивать подворотнички и начищать сапоги дедам. И это в армии - нормально! Не западло! Каптёр вытащил из стеллажа щётку и металлическую банку ваксы и показал на три пары сапог в углу каптёрки. Затем, немного подумав, снял свои сапоги и поставил рядом. Сам обул резиновые тапочки.
- Умеешь чистить сапоги?
Тимур кивнул, хотя ему никто и никогда не показывал, как надо начищать сапоги. Отец только учил портянки наматывать. Длинный заржал.
- Вот и началась твоя служба, солдат! Чтобы через полчаса блестели, как у кота яйца! Я захожу в каптёрку, и мои глаза слепнут от блеска моих сапог! Всё понял, салабон?
Каптёр вытащил из ящика стола мыло, зубную щётку и пасту, взял из тюка полотенце, перекинул через плечо и вышел из каптёрки. Тимур только вздохнул и, логично рассуждая, что чем больше он намажет ваксы на сапог, тем он будет ярче блестеть, сел на тюк с бельём и принялся с усердием, не жалея ваксы, выполнять своё первое поручение. Он уже почти закончил, оставался только один сапог. Но и вакса в банке так же быстро подошла к концу. Тимур принялся ждать каптёра, чтобы попросить ещё одну банку. Через некоторое время зашёл каптёр с мокрой головой и с зубной щёткой в зубах:
- Встань с белья, чмошник! Расселся тут своим грязным задом! Где сапоги?
Тимур показал рукой на выстроенные для наглядности в ряд сапоги и пустую банку ваксы.
- Ты чё наделал? Где вакса? Всю банку на четыре пары истратил?
Каптёр схватил за голенище начищенный сапог и неожиданно ударил им по лицу Тимура:
- Оборзел вконец, салабон? Упал - отжался!
Тимур провёл рукой по своей щеке, посмотрел на следы ваксы на пальцах, сделал шаг к каптёру и спокойно сказал:
- Я не салабон! - сделал ещё один шаг и спросил: - А вот вы, товарищ каптёр, сержант?
У каптёра вытянулось лицо, а прыщи стали ещё крупней:
- Я - ефрейтор! Солдат, я не понял! Я чё тебе сказал: упал - отжался!
- Так ты - ефрейтор? Мне все говорили: «Сержантов - не бить! Никак нельзя!» А вот про ефрейторов никто слова не сказал!
И Тимур спокойно, как на тренировках по груше, чётко провёл «двоечку» - правой в челюсть снизу, левой в челюсть сбоку. Челюсть каптёра только дважды щёлкнула в ответ, а сам хозяин этой важной части головы начал медленно спадать на тюки с бельём.
«Вот и ладушки! - подумал Тимур, прикрывая за собой дверь каптёрки. - Всё по- честному! Один на один! Не надо было бить сапогом по лицу».
И сразу пошёл в умывальную комнату. Из кранов текла только холодная вода, Тимур тщетно пытался смыть следы чёрной ваксы, но только размазывал по лицу. Вспомнив, что в его тумбочке есть мыло; солдат тихонько прошёл в угол расположения, к свой кровати. Со стороны каптёрки послышался шум. Тимур в темноте сквозь двойной ряд кроватей увидел, как двое солдат провели третьего к выходу.
«Может, каптёра?» - подумал Тимур - «Делов-то - в челюсть получил! Вон, холодной водичкой окунули бы и все дела!»
С мылом вакса наконец оттёрлась. Тимур заодно сполоснул зубы и пошёл спать. Уснуть не дали. Только лёг, как снизу, с первого яруса, почувствовал удар ногой через кровать прямо по спине. Тимур подскочил и сел. У кровати стоял здоровый солдат с усами и тремя лычками.
- Прыгай вниз, быстро оделся и бегом в каптёрку! Минуту даю! Время пошло!
Когда Тимур зашёл в каптёрку, там было уже трое: один, самый здоровый, с одной сплошной широкой лычкой сидел за столом, второй, чернявый и с горбатым носом прислонился к стеллажам у окна, сбоку. Тот, который разбудил, оказался сзади Тимура. Каптёра в комнате не было. Тимур оглянулся и только сейчас заметил, что последний был рыжий, даже усы были ярко рыжими. Усатые были все втроём. У сидящего за столом усы немного свисали. А у кавказца были чёрные и пушистые.
«Хохол, Рыжий и Кавказец! Да уж, попал в компанию!» - подумал Тимур. Сержант с широкой лычкой посмотрел на Тимура и спокойно сказал:
- Я замкомвзвода, старший сержант Петренко. А как тебя звать, я даже спрашивать не буду! Потому что ты - салабон! И ты поднял руку на старшего по званию. Ты уже с первых дней в моём взводе сделал большую ошибку, солдат. И мы тебя щас немного накажем.
Тимур понял, что его сейчас будут банально бить втроём прямо здесь в каптёрке. И эта экзекуция для местных сержантов - дело будничное и простое. Тимур прикинул, что надо будет упасть на тюки с бельём, и постарался так же спокойно ответить:
- А может, один на один? С любым из вас?
Кавказец оторвался от стены.
- Микола, смотри какиэ призывники борзые пошли вконец! Один на один сержантам предлагаэт!
И коротко, без замаха, ударил сапогом Тимуру в живот! Перехватило дух, в глазах тут же потемнело. Тимур согнулся, развернулся на месте и смог упасть на тюк. Рыжий приподнял его за шиворот и ударил кулаком сзади по печени. Кавказец с разворота добавил пяткой в бок. Старший сержант так и остался сидеть за столом, только быстро сказал:
- По голове не бить!
Уже лежачего пинали ещё пару минут. Тимур чувствовал, что бьют вполсилы, без злобы. Хотя удары сапогами по корпусу были резкие и больно отдавались в голове. Замкомвзвода поднялся из-за стола.
- Всё, харэ, хлопцы! Поднимите салабона, погутарим трошки.
Тимура резко приподняли (всего 48 кг) и усадили на стул. Дыхание постепенно приходило в норму, но бока сильно болели.
- «Дня два буду отходить, если не больше, - про себя прикинул Тимур - Ну, падлы, поймать бы вас на посёлке!»
Хохол подошёл к нему, схватил правой рукой за грудки, приподнял и спокойно спросил:
- Ну, шо, душара, всё уразумел? Шо, гутарить бум старшему по званию?
Тимур, отдышавшись и стоя перед сержантом на цыпочках, посмотрел ему в глаза и ответил:
- А то ты сам не догадаешься, что я про вас всех сейчас думаю?
Хохол только улыбнулся.
- Тююю, яки борзый хлопец! - и вдруг сказал на чистом русском, - а что, молодой человек, разве мы с вами так легко перешли на ты?
Поставил Тимура на место, одернул его форму, сделал шаг назад и резко, кулаком правой, со всего размаху ударил его в грудь. Стоявший сзади Рыжий только успел отскочить. Тимур пролетел через всю каптёрку, остановился спиной и затылком об сейф и, отключившись, медленно сьехал на пол.
Кавказец только сказал:
- Вах, Микола! Так и в дысбат можем загрэмэть. Покалэчишь пацана!
- Такие, блин, живучие! Это за земляка моего, за каптёра! Кстати, где он? Ушёл в санчасть и пропал? - и попросил Рыжего, - сходи, узнай там, где он?
Рыжий, выходя из каптёрки, произнёс:
- Да чмошник твой зёма, в натуре! Гнать такого с каптёрки надо!
Хохол только тяжело вздохнул, взял графин со стола, набрал в ладошку воды и пару раз плеснул на лицо лежащего Тимура. Тимур фыркнул, открыл глаза, перевернулся на живот и остался так молча лежать. Он понимал, что больше уже бить не будут, но и так просто не хотел сдаваться. Кавказец снял с вешалки бушлат и сунул Тимуру под голову. Прошло минут десять, Тимур уже полностью пришёл в себя, только сильно болела грудь. Он привстал и уселся спиной к сейфу. Хохол спросил:
- Очухался, призывник? Смотри, кому заложишь, мы до своего дембеля тебя чмырить будем. Усекаешь политику партии и правительства? Чего молчишь, салабон?
Тимур впервые слышал слова «чмырить», но понимал, что ничего хорошего для него оно не сулит. И только ответил:
- Закладывать - западло!
Тут замкомвзвода впервые улыбнулся.
- Правильно мыслишь, хлопчик. Вот только больше борзеть не надо!
В каптёрку быстро вошёл взволнованный Рыжий.
- Трендец, бойцы! ЧП в роте! Дух каптёру челюсть сломал! В двух местах! В санчасти его оставили.
Хохол удивлённо посмотрел на Тимура.
- А с виду не скажёшь! Хотя земляку ещё на гражданке челюсть ломали. Сам рассказывал. Видно, дух добавил! Как смог, солдат? Каптёр-то - поздоровей тебя будет?
Тимур встал, сильно болели бока и ныла грудь. Но голова была в порядке, только во рту всё пересохло. Подошёл к столу, налил себе из графина воды в стакан, залпом выпил и коротко сказал:
- Бокс. КМС.
Хохол схватился за голову:
- Вот это звиндец! Приплыли! Так это ты, салабон, будешь после присяги в спортроте служить? А почему старшина сегодня только про бегунов сказал? Чего молчал, что боксёр?
Тимур пожал плечами.
- Так никто и не спрашивал. Я же предложил - один на один махнуться. Так нет, сразу пинать начали!
Молчавший до этого Рыжий вдруг протянул руку и сказал:
- Обиды не держи на нас, сам виноват! Как ты ещё из этого говна выкарабкаешься - вот вопрос? Меня Андреем зовут, замкомвзвода - Николай, - и показал на кавказца - а это Георгий.
Тимур представился сам и пожал всем руки. Николай опять сел за стол, вытащил снизу огромный кофейник и протянул Тимуру.
- Всё нормально? Идти можешь? Иди, умойся и воды набери.
Когда Тимур ушёл, он обвёл всех тяжёлым взглядом, вздохнул и сказал:
- Мало того, что ЧП в роте, так ещё и с боксёрами спортроты нам разборок не хватало. Они за своего любому пасть порвут! Гришаня, друг, у тебя же с ними всё путём. Не в службу, подымись к ним, позови на чай. Скажи - у нас в роте боксёр ихний затесался. Проблемы у него!
Георгий только улыбнулся, молча кивнул, взял пилотку и вышел. Рыжий Андрей спросил у Хохла:
- А с зёмой что делать будешь? Говорили же тебе - гнилой он. Стуканёт щас всех! Дух-то, вроде, нормальный пацанчик, правильно держится!
Николай опять вздохнул.
- Щас с боксёрами перетрём, пусть сначала пацана своего пробьют. Кто его знает, что за боксёр такой? Хотя Стасику он видимо знатно зацепил! Андрей, у нас булочки остались?
Зашёл Тимур с кофейником. Николай подключил электроприбор, затем открыл сейф, вытащил пару банок сгущёнки. Андрей принёс кулёк с булочками. Тимуру есть не хотелось, только жажда мучила постоянно. И спать очень хотелось, время было уже к 12 ночи.
Послышались шаги, и в каптёрку вошёл вначале Георгий, за ним невысокий коренастый парень в кедах и синем спортивном костюме со скуластым лицом и узкими глазами. Последним, можно сказать, вплыл, наклонив голову вперёд, громадный парень, постриженный наголо. Одет он был в солдатские штаны и майку, на ногах простые резиновые тапки, но руки были перетянуты боксёрскими бинтами. Великан был весь в поту и тяжело дышал. В каптёрке сразу стало тесно.
"Этот - больше чем тяж" - едва взглянув, прикинул вес Тимур.
Гости по очереди поздоровались и обнялись с сержантами. Затем парень в спортивном костюме оглядел Тимура и спросил у сержантов:
- Отрываете нас от тренировок! Скоро чемпионат округа, а вы тут чаи с булочками гоняете. Ещё бы нам картофан предложили! Этот, что ли, боксёр? Чё- та не похож? «Мухач», что ли? Откуда сам будешь? Почему здесь? Почему сидим перед старшим по званию?
Вопросы сыпались один за другим! Спортсмен замолчал. Тимур сидел на корточках между сейфом и стеллажами. Поднялся, вышел в центр комнаты и сказал:
- Я с области, с шахтёрских посёлков. КМС в весовой категории до 48 кг. Вчера в зале взвешивался, уже был 49.
- Местная шахтёрская школа бокса! - улыбнулся спортсмен, - а как там Вершок поживает?
- Витя Вершков победил этой зимой в финале в Болгарии кубинца и сейчас стал международником (Мастер спорта международного класса).
Спортсмен обернулся к здоровяку, который уже уплетал булочки со сгущёнкой, и коротко сказал:
- Свой! - затем протянул руку Тимуру, - меня зовут Ринат, я из Караганды. Малыша нашего Олегом кличут. Москвич он. Ну, здорово, боксёр!
И крепко обнял Тимура. А он только успел охнуть! Ринат опустил руки и отошёл от солдата.
- Что с тобой? А ну, расстёгивай гинастёрку! Снимай майку! Быстро я сказал, салабон!
Тимур с трудом, медленно снял куртку, майку и остался в одних армейских штанах. Вся грудь, левый бок и спина покрылись красными пятнами от ударов.
По лицу Рината пробежала тень, он медленно повернулся к замкомвзвода Николаю и тихо спросил:
- Что за дела, старый? Это - мой салабон! Это я должен ему «фанеру гнуть»! Какого хрена....?
Затем резко притянул за шею Тимура к себе и быстро сказал:
- Говори - кто бил? Тимур, если сейчас ты мне начнёшь звездеть, что ты упал с верхнего яруса прямо на табурет, - я тебе нос сломаю! Веришь - нет? Кто тебя бил?
Тимур видел, как сильно разозлился Ринат. Здоровяк Олег тут же отодвинул стакан с чаем и развернулся на табурете к сержантам. Наступила недобрая пауза...
(продолжение следует)