Выдвиженец

Великая Отечественная война стала большим испытанием для каждого
венного и гражданского нашей страны. Не все смогли ее пережить, многие
не выстояли, не сдюжили тыгот и жестокостей. Но тем, кто преодолевал себя,
не было равных.
На фронте особую цену приобретали командирские навыки, умение
управлять людьми. У кого это не получалось, быстро исчезали, вплоть до
потери жизни. Но оседлавшие военную судьбу, станоквились богами поля
боя и теми самыми отцами-командирами, которых так ценили солдаты.
Звали их выдвиженцами, продвинутыми наверх самой жизнью после
жесточайшего противоестественного отбора.
Командир стрелковой дивизии полковник Павел Иванович Даев,
двадцати девяти лет, был одним из них.
Именно его в романе «Горячий снег» изобразил Юрий Бондарев, а
сыграл в фильме Выдим Спиридонов. Только пришлось фамилию, ради
литературности, пришлось изменить на «Деев».
Был он для своей должности молод, горяч, агрессивен и невероятно стоек,
чем заражал всех подчиненных, до последнего солдата. Если доводилось
держать оборону его батальон, полк, дивизию главное командование всегда
ставило в первый эшелон. Его солдаты выживали даже тогда, когда гибель
казалась неминуемой.
О сражении дивизии под Сталинградом говорить не буду, лучше Юрия
Бондарева никто о том не расскажет.
Но в ходе Курской битвы случилась с Павлом Ивановичем история,
ставшая едва ли не притчей.
Его дивизия снова стояла в первом эшелоне и пятого июля приняла на
себя страшный танковый удар. В районе обороны два полка находились
впереди, третий сзади, как готовый вступить в бой резерв.
Полк слева был смят и обращен в пыль, но првый устоял, хоть и
понес потери. Однако, прорвашийся враг стал охватывать его слева в кольцо.
Ситуация была критической, нужно было спасать оставшихся в живых.
Как назло, вышла из строя связь с высшим начальником, стало невозможно
даже доложить о том, что происходит.
И Даев принял решение. Он взял два батальона из третьего полка и
лично повел их против прорвавшегося противника. Риск был запредельный,
и доверить это дело никому, кроме себя, полковник не мог.
«Даже хорошо, что повреждена связь,- думал он, - На мои действия
командующий армией не дал бы согласия».
Враг уже развернулся к охвату правого полка, как сам получил удар в
бок. Да такой, что перебило дыхание и пришлось остановиться, даже отступить.
Это дало время, что бы отвести уцелевших людей и технику правого полка
на вторую линию обороны, где уже находился третий.
На следующее утро подошли части резерва и с удивлением обнаружили ,
что дивизия еще жива, хоть по расчетам главного командования, должна
была погибнуть. А она сражалась и оставшиеся две недели вражеского
наступения, отдала все силы и гнали потом немцев до самого Харькова уже
другие.
Случай первого дня сражения, и дела полковника Даева стали известны
высшему командованию. Наверх пошло преставление к присвоению звания
«Герой Советского Союза».
Но самое высшее командовние решило иначе. В один день в армию,
в состав которой входила дивизия Даева, пришли два приказа.
В первом полковник Даев Павел Иванович, за самовольное оставление
командого пункта был от командования дивизией отстранен и назначен
командиром полка. Понизили, не простили самовольства.
Во втором командир полка полковник Даев Павел Иванович,
за четкие, умелые действия и проявленные при этом личное мужество и
героизм был награжден орденом «Красного Знамени».
Так оценило его дела высшее командование. Что хулу, что похвалу,
Павил Иванович принял спокойно. Он поступил так, потому что не мог
иначе, хоть и вопреки заведенных правил войны.
До конца войны он еще получит в командование дивизию, звание
«Герой Советского Союза» и генеральские погоны на девятое мая.
А главное, вернется и вернет домой многих из тех, кого раньше
вел в бой.