Милосердие для всех (6)

5

Степан Русов сидел в своей лаборатории и печатал с очередной плёнки фотографии ветеранов, которые потом будут увеличены в фотоателье и вывешены на стендах Аллеи Славы в городском парке. Он что-то напевал под нос и, когда в дверь постучали, поморщился,- ведь, на двери с той стороны висит табличка " Не открывать, проявляю плёнку" и много восклицательных знаков вокруг надписи.
Он накинул на ванночки черную тряпку и пригласил входить.
В красном свете Степан неожиданно увидел своего работодателя,
Виктора Ивановича Петрушкина. От неожиданности взял полотенце со спинки стула и, часто моргая, начал вытирать сухие руки:
-Здрасьте.
-Здравствуйте!
Широко улыбаясь, произнёс Петрушкин и подошёл вплотную к Степану. Крепко пожал ему руку:
-Вот, значит, какие у вас хоромы! А мне твой шеф, Васильич, сказал, что ты в своей "каморке" трудишься не покладая рук! Вижу,- так оно и есть! Но я отрывать от дела долго не стану.
Степан наморщил лоб,- так что Петрушкину надо?
Виктор Иванович усмехнулся и ответил на непроизнесённый вопрос:
-Мне нужны фотографии, которые ты отснял в ресторане после концерта
исполнительницы народных песен.
-Но я хотел отпечатать,- несколько кадров получились весьма неплохо и в несвойственной мне манере...
-А это снимал наш фотограф, он на вольных хлебах и иногда исполняет мои поручения и просьбы. Так что извольте скачать мне на флэшку все снимки.
-Сейчас. Ещё я хотел вам сказать, что надо выпускать фотоальбом старушек-вдов, которые так и живут в одиночестве после получения похоронок... Представляете?!. Всю жизнь хранят верность… Я набросал примерный макет альбома, взглянете?

Виктор вздохнул, но не раздосадованный этой просьбой, а от одной только мысли, что побольше бы таких увлечённых и неравнодушных людей, и наша страна бы воспряла!
И тут же осуждающе покачал головой,- надо же, он начинает думать о всей России, но советчиков у президента, как обычно, всегда избыток, хотя не все советуют стоящее дело!
А Степан тем временем скопировал на флэшку все снимки:
-Вот, держите.
-Спасибо. Не спеши. Показывай свой макет альбома.
Степан не смог сдержать облегчённый вздох,- засуетился, накрыл чёрной тканью ванночки и включил лампы дневного света.
Виктор Иванович заморгал, прикрыв глаза ладошкой, а когда отнял её от лица, то увидел перед собой самодельный альбом.
-Вот.
Тихо произнёс Степан и робко улыбнулся,- а вдруг понравится?
Он крепко сжал губы,- «Хотя мы с Ольгой уже "раскрутили" его на большую сумму,- сейчас в продаже по баснословно низкой цене иллюстрированные книги и уже разосланы всем ветеранам с благодарственной надписью: "Вам, победившим фашизм, посвящаем! Издатели."

Ещё немного щурясь от яркого света, Петрушкин внимательно и долго рассматривал каждую страницу и не удержался от реплики:
-Создаётся такое впечатление, что ты днём ездишь по району, снимаешь ветеранов и старушек-вдов, а ночью мастеришь такие вот альбомы...
Потом закрыл самоделку, отодвинул от себя и улыбнулся:
-А текст, конечно, напишет Ольга Милосердова?!
Степан почувствовал, что краснеет. Вздохнул. И тоже улыбнулся:
-У неё сердечнее получается, душевнее...
-С этим утверждением я спорить не буду… Значит,- альбом выпустим!
-Я ещё хотел несколько снимков сделать в нашем Краевом музее и в Музее Быстрова,- «позаимствовать» оттуда старые фотографии.
-Как решил, так и поступай. Как ОНИ говорили: - отступать некуда!

Но на другой день Степан вместе с Ольгой обнаружили Музей Краеведения Быстрова закрытым и решили перенести посещение его на завтра.
Но и на другой день на двери висел замок.
Тогда они решили разузнать, где живёт смотритель, он же директор...
Было известно, что Музей Краеведения существует только благодаря этому энтузиасту Быстрову, основателю и после официального признания,-директору-смотрителю.
Подошедшая пожилая женщина уточнила, что и собирает всё старинное Быстров сам, вместе с несколькими "подземельщиками".
Ольга представилась, Степан тоже.
-А я Нина Александровна, тётя Нина,- вот пыль смахиваю с вещей и изделий, да пол протираю-мою... Депутаты ставку дали,- мудрёная должность, да мне всё едино, вот я и подрабатываю.
-Понятно.
-Можете зайти к нему домой,- он только рад будет. Миша Быстров знает о нашем крае и о людях столько, что давно ему надо книги писать, а ему всё некогда,- всё собирает и собирает... Сами увидите.
-Хорошо. Мы к нему домой наведаемся, подскажите, где он живёт.
-Да живёт-то он вон в том доме. Хотя… сейчас навряд ли Миша дома,- собирался в подземелья,- мол, разбойники в разных местах добычу зарывали, так что надо искать и искать...
Степан с Ольгой переглянулись и улыбнулись,- сами в детстве тоже бредили кладами разбойников прошлых веков, а вот директор, оказывается,- до сих пор!..

6

Из глаз Ксаны лились и лились слёзы,- она, то выла громко и протяжно, то тихонько всхлипывала, сидя возле умершего Родиона.
Когда он умер? Сколько она так сидит? Год? Месяц? Или всего лишь второй день?
Несколько часов назад это произошло,- Родион глянул на неё широко распахнутыми глазами, открыл рот, но ничего не произнёс и не вздохнул больше. И не вздохнёт больше никогда.
Она глянула на часы и застыла надолго, зачарованно уставившись на секундную стрелку, удивляясь, почему она то медленно, то быстро совершает оборот.
Когда девушка очнулась, часовая стрелка сделала много оборотов, но ей было всё равно,- её охватила апатия, она растерялась и не знала, что ей делать дальше.
Александра так же долго и равнодушно смотрела на мешки с деньгами.
Зачем ей они? В подземелье не просидишь очень долго,- конечно, можно выбраться с небольшой суммой, а потом потихоньку перенести и остальные, но потратить в своём городе она не сможет, наверное большинство или какая-то часть номеров купюр переписаны в банке.
Ничего она не знала, но думала, что переписаны, поэтому смотрела на мешки брезгливо, как на хлам...
Девушка встала, обошла пещеру, подсвечивая себе иногда фонариком, и обнаружила две лопаты под пустым топчаном.
Издали посветила назад,- под тем лежаком, на котором находился мёртвый Родион, тоже что-то было, но залезать туда ей не хотелось.
Она вытянула одну лопату и некоторое время размышляла, где лучше выкопать могилу,- ближе к выходу или подальше, и решила, что отойдёт на несколько шагов от этой комнаты и там выроет яму.
Ксана сделала всего несколько шагов и высветила прекрасную нишу с углублением, и вздохнула,- кто-то копал и не забросал яму,- что ж, ей придётся только немного её углубить.

Она копала медленно, часто возвращаясь к Родиону и каждый раз своей подрагивающей ладошкой пыталась закрыть ему рот, приговаривая:- «не кричи, миленький,- кому надо, тот тебя слышит...»
-Уф,- так я с тобой и сумасшедшей стану... Выйду и стану приплясывать да напевать ерунду...
Она заревела во весь голос. Долго ревела...
Оплакивала и смерти своих друзей, и свою неудачную жизнь. Потом рухнула на свободный топчан вниз лицом и провалилась в небытие.
Без сновидений. Хотя, конечно же, что-то снилось, но подсознание надёжно припрятало те видения, которые свели бы её с ума.
Проснулась Ксана вялой, но успокоившейся и снова продолжила копать яму для Родиона.
Сидя на краю могилы, она снова заревела громко, и вдруг услышала окрик:
-Эге-гей! Кто там заблудился и ревёт! Сейчас подойду!

Ксана на мгновение замерла, съёжилась, но страх подтолкнул её к решительным действиям,- она вскочила и метнулась в убежище.
Схватив пистолет с глушителем, нашарила на груди Родиона карманчик с обоймой и сменила в пистолете.
Как кошка, медленно и плавно ступая, Ксана вышла из убежища и прижалась спиной к холодной стене.
Вскоре увидела из глубины подземелья свет и услышала голос,- у неё заложило уши и она ничего не могла разобрать.
Наконец идущий весельчак оказался в нескольких шагах и Ксана грубо крикнула, хриплым голосом:
-Стоять! Замри на месте, не то пристрелю!
И включила свой фонарик.
Нежданный гость остановился и недоумённо проговорил:
-Э! Что за шутки под землёй?!. А я-то торопился,- думал, что вы заблудились,- что кричите от страха...
Он направил луч своего фонаря вниз и шагнул вперёд.

Ксана выстрелила мимо него,- пуля вжикнула и вошла в землю далеко позади немолодого человека:
-Я сказала, чтобы стоял на месте!
Ответом было молчание, потому что мужчина был в шоке.
Молчание затягивалось. Ксана выругалась, мол, чёрт тебя принёс!
-Протяни руку, отодвинь занавеску и входи.
Мужчина исполнил её приказ,- медленно отодвинул занавеску и вошёл в комнату. Следом протиснулась девушка и скомандовала, чтобы сел на топчан.
Мужчина быстро огляделся,- осветив комнату, увидел, что один лежак свободен, подошёл и сел на него, продолжая держать в руке фонарь.
-Выключи! Да выключи ты свой фонарь,- здесь хватает света!
Мужчина выключил и положил его рядом с собой.
И видимо решил, и дальше говорить с юмором:
-А вы кто? Разбойники из 18 или 19 веков? А где машина времени?
-Х-ха! Тебя как зовут и кто ты!?
Спросила Ксана хриплым голосом. Поигрывая пистолетом с глушителем, отчего тот выглядел завораживающе-страшным и притягивал взгляд и снова вызывающе усмехнулась: «х-ха!»
Этим, как бы ответив на его глупый вопрос.
-Меня зовут Михаил Валентинович. Фамилия моя Быстров, я директор-смотритель Музея Краеведения. Кстати,- мной организованного, вдобавок к городскому Краеведческому Музею.
Он глубоко вздохнул:
-Вот и шарюсь в подземельях,- в поисках каких-нибудь старинных вещей... Отпусти меня, тётенька!
Ксана расхохоталась:
-Да ну! Да Ты ещё и приколист!
-И всё равно, ничего мне на ум не приходит, кроме того, что вы разбойники!..
-Я - тать Ксана!
-Вот это заявочки!
Михаил Валентинович поскучнел,- если это сумасшедшая, да ещё с настоящим пистолетом... навряд ли его ждёт что-то хорошее… Он оглядел пещеру, привычно-внимательно, замечая каждую деталь,- нет, стариной здесь даже не пахнет...
-Помоги мне!..
Неожиданно для самой себя, жалобно произнесла девушка, шумно вздохнула широко открытым ртом и громко повторила:
-Помоги мне похоронить моего друга!
-Вот те на! А я думал, что он спит...
-Убили его...
-Погоди-погоди,- как это - убили?! Кто?! За что?!
-Ну, вот! Из тебя так и посыпались вопросы, а мне отвечать не очень-то пока и хочется! Понял?! И заткнись, по-о-нял?!
Выкрикнула Ксана и успокоилась. Вздохнула,- оказывается, ей надо было просто накричать на кого-нибудь и сразу стало легче на душе.
Хмурый мужчина сидел и размышлял о ситуации, в которой неожиданно оказался и исподлобья рассматривал девушку,- ловко они эту пещеру замаскировали,- пройдёшь рядом и не заметишь, а каждый метр стен подземелья потрогать просто нереально.
Интересно, что у них в этих коробках и ящиках? В голову лезут мысли о террористах,- а вдруг это их "лёжка" или "схрон", или ещё как-то,- короче тайник,- Михаил Валентинович оборвал свои размышления:
-Тать Ксана...
Начал он говорить осторожно, уже побаиваясь спровоцировать её на необдуманные действия,- девушка поморщилась и вздохнула:
-Да зови ты меня, Михаил… з… Валентинович, просто,- Ксана.
Девушка немного помолчала, почему-то подняв руку без пистолета вверх и перед собой, и произнесла безжизненным голосом:
-Меня зовут Александрой, но я уже привыкла, что меня и родители зовут Ксаной...
И сникла. Но глаз с него не спускала. А Михаилу впервые стало страшно именно от этого безжизненного голоса,- голоса обречённого человека.
Он очень тихо вздохнул:
-Ксана, может твоего друга всё-таки надо похоронить на кладбище...
-Может и надо...
Всё так же без интонаций прозвучало в ответ и Быстров осторожно
продолжил:
-И может, всё-таки, расскажешь... хоть немного...
Девушка положила пистолет на грудь покойника, поправила сползшее с его лица полотенце и усмехнулась,- значит, всё-таки хочешь знать, что произошло?! Тогда не наделай в штаны!
-Посмотри на те мешки,- в них деньги! Мы напали на банковский броневик, и все друг друга перестреляли... Вот,- Родю ранили в живот, он уже здесь помер...
Быстров слушал её недоверчиво, в голове его была мешанина мыслей,-
слишком уж всё неожиданно и быстро свалилось на него, а одна мысль постоянно возникала:- и на кой ляд я полез в подземелье один сегодня утром? Ах, да,- у моих ребят сегодня ответственное занятие в ПТУ...

Время летело, но они ни разу не взглянули на часы,- да и зачем?
Всё-таки под дулом пистолета, Михаил медленно встал и подошёл к покойнику, а Ксана быстро отошла в сторону.
Быстров некоторое время смотрел на покойника. Со вздохом спросил:
-И дальше что?
Девушка застонала:
-Бери его подмышки и волоком вытаскивай...
Быстров с трудом дотащил труп до ямы,- девушка шла позади, освещая дорогу и шумно, со всхлипами, часто дышала.
Остановившись у ямы, Михаил попросил Александру подойти поближе и посветить в яму:
-Зачем?
В голосе девушки злости не было,- лишь, усталость и горечь:
-Столкни его и закопай...

Вернувшись в пещеру-склад, Ксана указала Михаилу дулом пистолета на топчан, с которого он снял покойника:
-Садись. Надо подумать.
И сама устало опустилась на другой топчан, сжала губы, прикусила верхнюю и незаметно стала качать головой из стороны в сторону и постанывать.
Михаил замер в позе роденовского "Мыслителя" и пытался привести в порядок свои беспорядочно мечущиеся мысли...
Долго они сидели так.
Один раз Ксана встала, подошла к коробкам и из одной вытащила две бутылки с газировкой.
-Михаил,- поймаешь? Лови осторожно,- это стекляшка!
Сказала, минуту помедлила, подошла к нему поближе и бросила, можно сказать,- вложила точно ему в руки бутылку "Нарзана". И сразу вернулась на свой топчан.
Голова её несколько раз медленно опускалась, глаза начинали закрываться,-напряжение спало и девушку стало клонить в сон. Но стоило Михаилу привстать, как Александра встрепенулась:
-Ты что,- «повязать» меня хочешь? А? Так я тебя сейчас сама свяжу или пулю в копчик всажу!
-И чего ты всё угрожаешь мне?!
-Потому что я - «тать»... Я должна быть грозной, потому что тати были гроз-з-з-...
И она заревела, как маленькая, бросив рядом пистолет и обхватив свою голову… Михаил решительно и быстро подошёл к девушке, сел рядом и приобнял за плечи, а когда она прильнула к нему и зарыдала ещё громче, он стал осторожно и нежно поглаживать её по голове:
-Несчастная девочка, несчастная...
Она обхватила его за талию, облизала мокрые от слёз губы и недоверчиво, и удивлённо прошептала:
-Я горько плачу, а слёзы почему-то, как обычно,- солёные...
И заревела с подвыванием.
Но он не забывал, что она может схватить пистолет,- поэтому осторожно и медленно постарался взять его в свою руку.
Возникла трусливая мысль об отпечатках пальцев, но он одёрнул себя:- начитался же ты детективов, дурак старый,- а надо выбираться отсюда!
Быстров спрятал пистолет в нагрудный карман куртки, удивившись, что оружие с глушителем удобно поместилось там…

Машинально закрыв вход брезентом, как было, Михаил понёс девушку к выходу из подземелья. Она продолжала всхлипывать и крепко держала его за плечи, уцепившись за него, как за спасательный круг.
Он усмехнулся,- почему,- «как за спасательный»,- можно смело отбросить
"как"! Быстров её спасает, но - для чего? Если она и вправду кого убила, то отвечать ей придётся... Если он её "сдаст"!
Михаил споткнулся и замычал от злости на себя за эту мысль, плечи его поникли.
Вскоре руки девушки разжались,- она шевельнулась и Михаил осторожно поставил её на землю…
Медленно брели по извилистым ходам подземелья два уставших человека и только один думал о том, что их могут ждать на въезде в город, и ещё Михаил думал, как ему провезти в своём стареньком "Москвиче" Александру. Потому что он понимал, что все дороги-пути будут перекрыты после такого ограбления и стольких убийств.
Он успел заглянуть в мешки и убедился, что там действительно деньги,- много денег и теперь ломал голову, как сообщить о них так, чтобы самим с Ксаной не "засветиться"...
Через несколько минут ему пришлось возвращаться за мешками и переносить их к своей машине, так как Александра твердила, что деньги надо закопать возле Вадьки-беса…

7

Андрей Львович Данилов пригласил в кабинет последнюю вызванную
повесткой свидетельницу,- как и предыдущие, она может быть могла сообщить кое-что о Фёдорове, исчезнувшем инкассаторе.
В кабинет плавно вошла красивая девушка, внимательно посмотрела
на пожилого следователя и вздохнула,- наивная мысль пофлиртовать
с ним исчезла. Она села на указанный стул и нервно достала из сумочки пачку дорогих сигарет. Данилов придвинул пепельницу поближе к ней и представился.
-А я,- Инна Феоктистовна Иванова!
Затягиваясь вкусным дымом, проворковала девушка и устроилась поудобнее, перекинула ногу за ногу и поправила свою причёску.
-Знаете ли вы Петра Николаевича Фёдорова?
-Немного.
-В каких отношениях с ним вы находитесь?
Инна приподняла немного брови вверх и улыбнулась чуть смущённо:
-В близких. Он жениться обещает.
Следователь устало вздохнул и покивал головой:
-Значит, вы его видели совсем недавно?!
-Конечно. Петя от меня утром ушёл. Он рано уходит. У них в половине девятого инструктаж.
Она замолчала, несколько раз глубоко затянулась дымом сигареты и
пожала плечами:
-Если его взяли в заложники?.. Ведь, могут и убить?!..
Она пытливо всмотрелась в лицо Данилова, но оно было хмурым.
Он записал несколько слов в протокол опроса и, задумчиво глядя на
Взволнованную девушку, осторожно произнёс:
-Может он что-нибудь говорил вам сегодня утром? Или вчера вечером?
Он ещё больше нахмурился:
-А может ночью что сказал?
Инна фыркнула, улыбнулась и, усмехаясь, произнесла, мол, а что может мужчинка ночью говорить, кроме лживых слов о своей вечной любви...
-Может быть говорил о каких-нибудь новых знакомых?
-Новых?
Лицо девушки вытянулось. Она наморщила лоб и в упор глянула на следователя,- как же ей сегодня не пришло в голову, что Ксанка для неё старая знакомая, а для Петьки-то!..
-Он не говорил, про кого-то нового знакомого,- это я сама его познакомила со своей школьной подружкой.
Данилов поморщился,- сейчас начнёт ту чернить, видя в ней свою соперницу и хотел сказать, что нечего знакомить подругу,- отобьёт!
Инна прищурилась и выдохнула:
-А Ксанка,- подружка Вадьки-Беса!
Данилов ухватился за своё левое ухо и замер, ожидая дальнейших слов. Но Инна стала подрагивающими пальцами доставать сигарету и он решил воспользоваться паузой, встал со своего места, пробормотав:
-Минуточку, я сейчас…
Он выскочил из кабинета и ворвался в комнату экспертов:
-Ребята,- быстрее! Мне нужен срочно диктофон!
Старший эксперт Максютов быстро вскочил и через несколько секунд
протянул ему включённый диктофон:
-Давай пристрою во внутреннем кармашке,- я уже его включил, цифровой, пиши на здоровье!
И Данилов выбежал, перед своим кабинетом несколько раз глубоко вдохнул и спокойно вошёл, держа в руке захваченную в экспертной пачку бумаг.
Сев на своё место, открыл ящик, положил её туда, оставив на столе парочку листов:
-Ну,- так что там с вашей подругой Ксанкой?!
Презрительно выпустив вверх струю дыма, Инна разоткровенничалась и
рассказала следователю всё, а про Ксанку и Вадьку-Беса особенно подробно и откровенно.
Ещё раз уточнив фамилии Александры и Вадима, Данилов отпустил Инну и направился в информационный центр, а потом в штаб по раскрытию ограбления и убийств, то есть, в кабинет заместителя начальника ГУВД Михайлову.
-Ты знаешь, Семён, этот "Бес" ни разу не был в оперативной разработке, всё время ходил по краю,- в детстве стоял несколько лет на учёте в детской комнате и всё. Или - умный, или - хитрый, или такова судьба,- встречался я с такими,- их вроде как ангел-хранитель оберегает переступить черту, потерять детское, доброе...
-А!
Махнул рукой Михайлов, потянулся к сейфу, открыл и достал бутылку водки:
-У нас пять трупов, а ты про ангела!..
Он вытащил из нижнего ящика стола два стакана и наполнил:
-Включай запись, послушаем, что ещё "напела" девица.

Выслушал и, задумчиво глядя в глаза Данилову, произнёс:
-Что ж, может это и ниточка,- тяни, господин старший следователь, тяни!
-Есть, господин подполковник!
-Ну, вот,- потешили себя, два старых дурака!
Михайлов с улыбкой вздохнул и ласково глянул на товарища:
-Ты больше молодого напрягай. Как он,- так и продолжает всё с лёту схватывать?! Как мы с тобой в молодости! Ну, ну,- стажируй... А ведь его чуть из Школы Милиции не отчислили,- с одним майором там сцепился...
-А!.. Кто из нас хоть с кем-то не сцеплялся!? Остроугловатых жизнь сама обточит, лишнее смоет-сдерёт… Но мне в Коле Кравцове нравится то, что он не тупо-принципиальный.
Данилов усмехнулся, вспоминая, как он противился назначению этого младшего лейтенанта Кравцова к нему. Теперь-то ясно, что по настоящему «пашет» молодой,- почти все дела тащит на своих могучих плечах, а дел всё не убавляется... Хорошо, что "Первый" держал до поры, до времени, бандитов в узде, но, ведь, новая поросль отморозков пришла, вот и посыпалось,- снова поножовщина, грабежи, ограбления квартир...
-Уже темнеет.
Вздохнул Михайлов и решительно убрал всё со стола в сейф:
-Пора по домам. Завтра продолжим.
Он кивнул на диктофон и небольшую прозрачную папку с листами опроса свидетелей, лежавшую перед Даниловым.





8

Первушин, которого все в городе знали, как "Первого", а некоторые зло и с ненавистью, презрительно называли "крёстным отцом" всего преступного городского мирка, поздно вечером пришёл к своему другу Виктору, сел в кресло перед столиком, на который задумчиво выставил бутылку водки, медленно открутил крышку, налил и угрюмо молчал, отпивая из стакана водку, как воду.
Допил и зло посмотрел на стакан, хмыкнул и обратился к другу:
-Где у тебя большие, пивные кружки?
Виктор отошёл от окна, в которое задумчиво рассматривал деревья городского парка, уселся напротив него и вздохнул:
-На кухне. В шкафу слева.
Насмешливо проследил за тем, как его друг принёс две кружки и ещё одну поллитровую бутылку водки, и хмыкнул,- ага, теперь понятно, что у него в сумке, которую Первушин оставил под вешалкой!
-Чего,- «хмы»?! Давай за мою грешную душу!
И начал шумно отхлёбывать из поллитровой кружки.
Виктор зябко передёрнул плечами и выдохнул:
-Давай за наши грешные души!
-Нет!
Вадим резко отстранил от себя кружку, немного выплеснул на брюки.
И зло заматерился:
-Да будь оно! Ну,- всё у меня, буквально всё,- в последнее время почему-то не совсем ладно! Так что пьём за мою грешную душу!
И снова припал к кружке.
Виктор вздохнул и, ничего не проговорив, сделал несколько глотков, потом ещё и ещё. И на стол они поставили одновременно уже пустые кружки.
-Закуси, грешная твоя душа!
Глубоко вдыхая, проговорил Виктор и сам отправил в рот большой кусок ветчины с половинкой огурчика наверху. Быстро проглотил:
-Покайся и поведай, кто тебя обидел!
-Ты здесь действительно сидишь, как паук! Слышал об ограблении?
-По местному каналу уже раза три сообщали и - что? Мы - то при чём?
-Лично мы, конечно, не при делах.
Первушин глубоко вздохнул:
-Новые мои бойцы засветились...
Виктор стиснул зубы и прикусил нижнюю губу,- такой случай он предвидел. И с сожалением, и жалостью посмотрел на своего друга,- неужели он думал и вправду, что для всех будет непререкаемым авторитетом,- этаким царьком, слово которого нерушимо,- сказал, что нельзя грабить и убивать, и все покорно и послушно будут исполнять Его Указ... Оказалось, что уголовников сдерживать можно, с ними можно договориться, а вот новую поросль, которой наплевать на любых авторитетов, «взнуздать» невозможно,- они только делают вид, что на них узда... Проблема разрешимая наверное только в стиле "Первого",- отправлять несговорчивых, не желающих думать о своём будущем, впереди себя… в мир иной... Хотя, по их понятиям выходит, что они-то и думают о своём будущем,- одним махом завладев кучей "бабок"...
-А мы с тобой хотели, чтобы в городе и в районе был порядок...
Плаксиво произнёс Первушин.
Здесь, в квартире Виктора он мог себе позволить быть слабым и беспомощным, потому что его друг потом разложит всё по полочкам,
проанализирует и спокойно объяснит, что пошло не так.
Это было всегда так,- но, увы,- раньше...
-Боюсь, что «империя» может разрушиться... Пример заразителен... В старых бойцах я уверен,- все перебесились, чуток остепенились, а вот новые, из дворовых шаек, так заигрались в разбойников!.. Да ещё эти фильмы-боевики их развратили...
Вадим совсем понурился, вяло и охая, встал, побрёл в прихожую и вернулся, волоком притащив сумку. Усевшись на кресло, подтянул сумку к себе и вытащил очередную поллитровку. Долго не мог открутить пробку, бормоча ругательства и приговаривая:- «…и ты меня поругай, поугнетай душу мою...»
Разлил содержимое в две кружки, поднял голову и повернул к Виктору лицо,- по щёкам катились слёзы:
-Это так называемые «скупые мужские слёзы...»
Виктор вперил хмурый взгляд в стену напротив и тихо сказал:
-Чувство вины,- это прекрасно до определённой черты. Конечно, в том, что новые твои "бойцы" не проходят "обучение в учебке", как я тебе предлагал давно,- твоя вина! Тебе легче отправить "впереди себя", чем озаботиться созданием учебной базы для молодняка... Сколько уже закопали твои непослушных, э-эх! Их смерти и на мне.. Но винить себя в преступлениях, совершённых отморозками, я не стану! Это ж можно обвинять себя и в том, что в городе орудует маньяк.
Первушин заскрипел зубами и тяжело глянул на друга:
-Ну-у, маньяк когда-нибудь попадётся! Устрою пытки на всю оставшуюся!..
-Да брось ты,- его надо медленно превратить в живой неподвижный труп...
-Мне нравится и пугает до потери сознания твоя "гуманность"...
-Двойственность естественна для любого человека.
Виктор зло ударил себя по колену крепко сжатым кулаком:
-Ты только подумай,- целый город и район в его незримой власти, мы все его жертвы!
Вадим хищно оскалился и поднял кружку:
-Пьём за победу над маньяками!
За окном сгущался вечерний туман, немного похолодало.

9

Ольга Милосердова была недовольна собой,- несколько дней не следила за своим лицом и вот,- девушка вздохнула,- вроде бы две морщинки появились!..
Она подошла к зеркалу на двери и облегчённо вздохнула,- ей стало смешно,- Ольга погрозила пальчиком своему отражению и громко произнесла:
-Вот же дурочка! Ты бы ещё с сотни метров рассматривала себя,- точно бы увидела старуху!
-Ты с кем там разговариваешь?!
Из спальни вышел улыбающийся Степан. Застегнул рубашку и, подойдя к Ольге, поцеловал ей обнажённое плечо и простонал:- «у, вкусно пахнешь...»
Она повернулась к нему и деланно удивлённо округлила свои глаза:
-А ну марш в ванную!
И подтолкнула его сжатым кулачком:- «бриться, сударь,- срочно бриться!»
Пока Степан приводил себя в сносный вид, Ольга поджарила яичницу и
Вскипятила чайник,- Русов давно приучил её утром пить кофе, а днём чай,- обычно смесь чёрного и зелёного, это был его, её Степана, фирменный чай и который он называл его "Фифти-фифти".

Ольга задумчиво улыбнулась, вспомнив, что недавно они одновременно произнесли всего по одному слову, она:-"ВОЗЬМИ», а Степан:- «БУДЬ" и рассмеялись.
Она легко и глубоко вздохнула,- да, ей было легко последние три, даже с половиной года.
Ольга наморщила лоб, уже не опасаясь за возможные морщинки и припомнила, что первый месяц Степан не решался даже проводить её после бурных дебатов в редакции вечером, а когда проводил,- как мальчишка убежал сразу, бросив её у подъезда...
Сидя за столом, она с умилением смотрела на Степана, её мужчину, с аппетитом поедающего (поглощающего!) пищу и думала, что ничего нет
для женщины более дорогого, чем покой рядом с любимым человеком.
О детях она пока что не задумывалась,- появятся дети, появятся иные
мысли, но и они будут тесно связаны с мужем.
Они тогда ночью произнесли одновременно: -«Возьми!», -«Будь!», Ольга тихонько вздохнула,- на бумаге этого не передашь, разве что, наложить букву на букву, но тогда и не прочитаешь,- много чего не удаётся передать печатным словом...
-Ты что имел в виду?
-Будь моей женой!
-А я хотела сказать,- возьми меня в жёны!
Они обнялись и одновременно счастливо вздохнули…

-Вчера поговорила по телефону с Марией Ивановной. Помнишь, Рогожиных? Ах, да, у тебя же фотографическая память!
Ольга протянула руку к его голове и ласково потрепала волосы,
Степан прикрыл глаза и замурлыкал: -ммурр-мурр!
-Ешь! Поговорила я с ней, многие темы затронули...
-Короче, болтали долго!
Хмыкнул с набитым ртом, Степан. Ольга погрозила ему пальчиком:
-Удивительная женщина! Ко всему с каким-то безмерным доброжелательством относится... Оказывается, не так давно, но всё-таки долго, её дочь хотела уйти в монастырь, и Мария Ивановна смиренно принимала её решение... А я попросила ей передать трубку и договорилась с ней о встрече.
-И на встрече вы решили вместе уйти в монастырь!
Ольга звонко рассмеялась, ей вторил Степан.
-А во время встречи я попросту увлекла её с собой в Дом Малютки!
Степан посерьёзнел и внимательнее всмотрелся в лицо своей любимой
и обожаемой женщины, а она подмигнула ему:
-И вот уже несколько дней она постоянная помощница персонала Дома Малютки! Мне звонила директор и так меня благодарила! Помощников совсем немного, так директор хочет предложить ей "постоянку", но опасается, что у них совсем маленький окладик, а вдруг это отпугнёт Ольгу. А я ей и сказала, что, вполне возможно, что у неё в Доме Малютки появится и ещё одна помощница, мать Ольги Рогожиной. Насколько я узнала Марию Ивановну, она не утерпит, посетит Дом вслед за дочерью и будет постоянно навещать брошенных малюток. Удивительная, чудесная женщина!
На лице Ольги появилась задумчивая улыбка и она тихо повторила:
-Удивительная, чудесная женщина...
Степан проглотил последний кусок яичницы и неосторожно проговорил:
-А у тебя все удивительные, все чудесные... А эти удивительные и чудесные грабят и убивают из-за денег...
Ольга побледнела и выпрямилась на стуле, и тихо произнесла:
-А разве люди, все люди,- не чудо? Все - удивительное чудо. А уж какими
Воспитаны и как поступают,- увы!? Кого винить? Общество? Время? Совершают преступления чаще из-за недостатка ласки и любви, а если бы им уделяли чуть больше времени, проявляли чуть больше заботы, ничего бы ужасного и не случалось...
Степан вслух выругал себя и назвал насытившимся в данный момент
пещерным самцом. А Ольга честно призналась, что сама очень боится поругаться с ним, потому что первый брак распался из-за неуступчивости её и его...
-Новый день, новые проблемы! Мне ещё с тобой надо над альбомом покорпеть, да в музеи наведаться, в городской пойдёшь?
-Да я, с тобой, в оба схожу, потому что в том, в музее Быстрова, была один раз, когда он обьявил об открытии в своём доме. И я тоже причастна к тому, что ему город дал неподалеку квартиру.
-Ты у меня вообще!.. Супер-лЭди!
-Да пошёл ты,- вперёд!
И они в обнимку покинули квартиру. Степан не выпускал её из обьятия и Ольга с трудом замкнула дверь и они стали медленно спускаться по пологой, старинной лестнице вниз. Ольга жила в старинном доме, в квартире, которая им с братом осталась после гибели их родителей, и которую Виктор оставил в её полное владение несколько месяцев назад, заявившись домой с малявкой Натахой и заявив, что её родители дали добро на их пока что гражданский брак и предоставили им одну из своих квартир. Ольга от неожиданности потрясла своей головой, широко распахнутыми глазами вгляделась в "малявку",- Натаху и тихо ахнула,- вот же, старая моя голова, а Натаха-то вытянулась и расцвела! Ей тогда было и радостно за брата, и печально за себя, "старушку"...


10