Истребители нечисти. Глава 6

Глава 6: Первая миссия – первый удар
Проходит две недели восстановления Митаны, которое проходит успешно и она полностью бодра, весела и полна сил. Через пару дней после победы на экзамене ей принесли униформу и лорику сегментата, как она и заказывала, всё принёс уже знакомый ей Газар, и всё оказалось по размеру и броня её окрасилась так же, как и топоры, в белый цвет. Каждый сегмент брони крепко скреплён между собой солнечной сталью.
Ей доставили чёрную униформу, что имеет белую полосу вдоль всего тела с внешних сторон, на форме имеются два грудных кармана, два внутренних, по одному на каждом рукаве, на штанах два обычных кармана, одни на бёдрах и два у самого конца штанин. Материал абсолютно лёгкий и дышащий с учётом того, что это летний вариант формы. У формы белый ремень с жёлтой бляхой и также выдаются летние берцы чёрного цвета, качество которых поражает своей величиной, такая обувь будет жить очень долго и ногам дискомфорта не доставит. Также с формой выдаётся белая футболка, через которую можно смотреть, если подносить её к глазам, так что она тоже более чем дышащая. Также с формой выдаётся белая кепка снаружи, но чёрная внутри и особенность этой кепки, что её можно носить наизнанку и это будет нормально выглядеть, так как это предусмотрено формой одежды. Правда, кепку эту почти никто и никогда не носит из-за ненадобности.
Мизуно рассказал Митане, что белый – самый неизученный цвет из-за того, что никто с таким цветом оружия не выбился куда-то высоко. Да и белый цвет оказался самым редким и окраска зависит от наполнения души и фа, возможно белый цвет означает пустоту души владельца и это Мизуно замечал это и у Мивана, что он, как и его дочь, отстранённые какие-то от всех.
Митана выходит утром на тренировку размяться после долгого отлёживания, это будет нормальная разминка, потому что она чувствует сейчас, что её тело оздоровилось после экзамена полностью и она готова хоть сейчас в бой идти снова.
И рация её будто бы подслушивала и ей тут же приходит сообщение с заданием:
– Север. В селе на севере обнаружен вампир, ты ближе всех к этому месту, следуй на место и убей вампира. За убийство этого вампира тебе начислят пятьсот долларов, так как вампир не из самых слабых и доставит немного проблем. Всё будет зачислено на твою карту, как мы получим информацию о смерти вампира.
Митана выдыхает и подходит к Мизуну.
– Учитель, у меня задание от корпуса, мне нужен Микон с собой, но как быть?
– Поскольку, Микон вампир, он не может перемещаться на свете с открытыми участками тела, к этому относятся волосы, глаза, ногти, абсолютно всё.
Микон разочарованно мычит, поникнув.
– Но это не беда, – убеждает Мизуно, – я сделал ящик из красного дерева. Это дерево очень прочное и лёгкое, лямки сделаны, так что в нём ты можешь переносить Микона при свете солнца.
Микон заинтересовался этими словами и заглядывает в лицо Мизуна, внимательно слушая его.
– Ящик носится, как рюкзак на спине, он на всю твою спину будет и он шириной в твою спину, чтобы не сильно мешал в бою.
Мизуно отходит на пару минут и возвращается с ящиком в руках, ставя его на пол.
– Микон, залезай, – Митана открывает дверь ящика, но Микон крутит головой, отказываясь. – Но почему? Что-то не так? Слушай, я всё понимаю, но по-другому у нас ничего не получится.
Микон хитро улыбнулся и прищурился, и уменьшился до такого состояния, что Митана не видит его, но всё ещё чувствует запах. Микон оказывается на плече Митаны и немного увеличивается, чтобы она его заметила.
– Микон, – пальцем гладит она его по голове, – я и не знала, что ты можешь так сильно уменьшаться. С таким сильным уменьшением размера, я тебя даже в кармане смогу носить. Мизуно, спасибо Вам за предоставленный ящик, но, похоже, он не пригодится нам.
– Что ж, я даже рад этому, буду сам пользоваться этим ящиком в бытовых целях.
– Пожалуйста, не обижайтесь, я и сама только что узнала, что Микон может уменьшаться до размера мухи.
– Я и не думал обижаться, Митана, я ещё в своём уме.
– Тогда мы отправляемся в путь на задание. Микон, залезай в карман и не вылезай оттуда, и держись там, а то вылетишь ещё, так что лучше размер свой увеличь немного, чтобы быть потяжелее.
Микон залезает в карман плаща, что когда-то принадлежал их отцу, и увеличивает свой размер, чтобы не быть пушинкой.
– Счастливой дороги вам, – желает Мизуно, подняв руку для прощания.
– Спасибо Вам, учитель, – улыбается она ему и отбегает, одетая в броню, с бердышом в руках и томагавком на поясе, и машет рукой. – Мы ещё вернёмся домой.
Митана убегает по дороге вниз и берёт рацию в руки, зажав кнопку:
– Как далеко идти?
На экране рации высвечивается маршрут в виде стрелок и расстояния. Сейчас ей нужно пройти прямо три километра, а потом направление будет поменяно. Ей написано лишь общее расстояние, а оно составляет тридцать девять километров, что для неё очень мало и уже в обед она будет там, пять часов и она будет на месте.
***
Митана прибывает в село раньше, чем рассчитывла и ещё даже не обед, только десять часов утра.
Митана узнаёт, что на счету у этого вампира десять жертв, о которых только известно.
Почему корпус сразу не бил тревогу? Непонятно. Ждали, пока он убьёт десять девочек?
Когда Митана узнаёт, что общим критерием является возраст и пол жертв, что это все девочки четырнадцати лет, Митаной начинает одолевать гнев. Жизнь этих девочек только начиналась, они пожить не успели, а какой-то ублюдок уже лишил их жизни.
Одиннадцатой жертвы не будет, она не допустит этого. Она отомстит этому уроду за всех убитых. Конечно, месть не вернёт родителям погибших дочерей, но облегчит боль и убережёт других от смерти.
Митана по рации узнаёт, где жили жертвы и откуда исчезли, и решает, что ей нужно пройтись по этим домам, возможно, она сможет найти ещё что-то, что объединяет всех жертв, чтобы она могла найти ту, на которую он нападёт этой ночью и предотвратить её смерть.
Митана решает пойти к дому самой первой жертвы, откуда всё и началось.
Прикид у неё, конечно, странный, но если прикрыться плащом отца, то никто не видит её лорику сегментата и всё нормально. А броня вышла очень даже лёгкой, всего-то килограмм пять, что почти в два раза легче её старинных представителей.
Митана прибывает к дому самой жертвы и пытается решиться постучать в двери, всё же ей очень тяжело решиться на это, но выбора нет и она стучится и ей открывает пьяный мужчина, от которого она больше чувствует не алкоголь, а боль и горе из-за смерти дочери и Митане тяжело сохранять спокойствие.
– Что Вам надо? – С агрессией спрашивает мужчина.
– Здравствуйте, – не обращает она внимания на его агрессию, – я по поводу исчезновения вашей дочери десять дней назад…
– Что надо? – Перебивает он её.
– Могу я осмотреть её комнату, её ведь похитили именно оттуда?
Да, она исчезла именно оттуда. Если Вам так это надо, то заходите, осматривайте, мне уже давно всё равно.
– Спасибо, – кивает благодарно Митана и проходит внутрь. – Где её комната?
– Прямо по коридору.
Митана проходит внутрь комнаты первой жертвы и не видит ничего подозрительного, хотя она рассчитывала найти хоть что-нибудь, что поможет ей в нахождении этого вампира.
«Как так выходит, что нет никаких следов борьбы? – Не понимает Митана, осматривая комнату более подробно. – Неужели она не проснулась, когда этот вампир похищал её? Может, он убивал их сразу и похищал уже мёртвых? Это бы всё легко объяснило. Слабый запах ввмпира ещё немного улавливается и теперь она знает, как он пахнет. Неужели жертвы не кричали? Почему им никто не помог? Всё происходило настолько быстро, что ничего было не успеть сделать? Интересно.
Митана злится, сжимая кулаки и Микон вылазит из кармана на плечо Митаныч прижавшись к ней, он знает, что она любит детей, а может, она видит в этих девочках таких же жертв, как и их сёстры и это выводит её из себя.
Это слабое место Митаны – любовь к детям, но ей некогда тратить время на эмоции, нужно осмотреть другие дома.
Митана выходит из комнаты к мужчине.
– Вы не трогали комнату своей дочери?
– Нет.
– А полиция?
– Нет.
– Не пейте, – советует ему Митана, – Вам это не поможет. Возможно, Ваша дочь жива, а если и нет, то ей вряд ли нравится смотреть за Вами таким.
– Не учи меня, девчонка! – Срывается он на крик. – Что ты понимаешь в жизни? Не смей манипулировать мной через дочь. Я уже стар, больше детей у меня не будет в этой. Она была моим первым и последним ребёнком, я один растил и воспитывал её. Скажи мне, кому я теперь нужен на этом свете? Какой мне теперь смысл жить? Жить, чтобы ждать смерти? Раз тебе нечего ответить, то не учи меня справляться с горем.
– Я знаю как это, терять тех, за кого держишься и ради кого живёшь. Поэтому я знаю, что такое боль утраты родных людей. Это, – указывает она на бутылку, – ещё никому не помогло справиться с горем. Забываясь в рюмке, Вы убегаете от проблем, проявляя слабость, но Вы не справляетесь с причиной своей боли. Это всё равно, что при переломе выпить обезболивающее, боль-то уйдёт на время, а перелом останется, но потом боль вновь вернётся. Лечите перелом, а не его симптомы в виде боли.
– Это разные вещи, – кричит он.
– Даже сейчас Вы кричите, потому что знаете, что я права, – спокойно замечает Митана. – Не пейте, если не ради себя, то хотя бы ради неё. Ни один ребёнок не желает видеть своего родителя таким, не огорчайте её своим видом, пусть она гордится своим отцом, чтобы ей не было стыдно сказать, кто её папа.
Он видит, что на глазах Митаны наворачиваются слёзы и его это трогает, что ей настолько не всё равно на чужую боль. И её слова доходят до него, что удивляет Митану.
– Хорошо, – соглашается он.
– При переломе накладывают гипс, чтобы кость срослась правильно, так пусть и Ваша кость срастётся правильно. Найдите себе занятие по душе, начните помогать другим, предотвращайте других от такой же беды.
Мужчина не понимание, почему слова этой девочки вызывают у него мурашки.
– Простите, – не выдерживает Митана и её слёзы стекают с глаз по щекам, – мне нужно идти дальше.
Мужчину трогает, что его горе небезразлично кому-то ещё.
– Постой, скажи мне своё имя, – просит он, – пожалуйста, мне это очень нужно.
– Зачем Вам моё имя?
– Я буду молиться за твоё здоровье.
– Что Вы? Не стоит.
– Пожалуйста.
Митана жалеет этого старика и решает дать ему смысл жизни, если он этого так хочет.
– Митана, меня зовут Митана.
– Митана, – запоминает он её имя, – я буду молиться за тебя до конца своей жизни. Спасибо тебе за помощь.
– До свидания.
Своими словами она растрогала себя и всё же не смогла сдержать слёзы на глазах и они потекли. Просто ей слишком жалко этих девочек, она обязательно убьёт этого урода, который лишает их жизни, и ему будет очень больно, она отыграется люто на нём за всю боль, что он причинил семьям этих девочек и ей лично.
Наступает вечер.
Митана прошла по всем домам поочерёдно, но так ничего и не нашла, ни одной подсказки или зацепки, опросы тоже ничего не дали. Что же случилось с жертвами? Куда они пропали?
Пока Митана идёт в мыслях, не замечает, как наступает на ковёр, что лежит посреди дороги. И Митана улавливает запах вампира и она вырывается из своих мыслей.
Митана садится и нагибается, нюхая ковёр, чувствуя запах вампира на этом ковре.
Возможно, он наступил на него, когда убегал с очередной жертвой, но, даже если и так, то что ковёр делает посреди улицы? Хотя люди всякие есть. Может, кто-то выкинул просто? Как бы там ни было, нужно дождаться темноты, сегодня она убьёт этого ублюдка, она больше не позволит появляться новым лицам, убитым горем. Здесь осталось мало кандидаток на роль жертвы и они живут все недалеко друг от друга, так что она успеет спасти.
Солнце заходит и на улице наступает ночь, опустив своё тёмное покрывало.
Митане кажется странным, что уже темно, а вампира этого всё нет и она не чувствует его запаха. Когда же он появится?
В это время в одном из домов из ковра на полу вылазит вампир прямо перед кроватью своей очередной жертвы, которую он хватает, закрывая рот. Какое бы сопротивление она ни пыталась бы оказать, взрослого мужчину-вампира ей никогда не одолеть.
Вампир имеет голубоватую кожу и маленькие красные рога, что вылазят на лбу.
– Не дёргайся, – предупреждает он её, держа в захвате, – иначе я убью твоих родителей.
В это время Митана чует запах страха и рядом с ним – запах вампира.
– Чёрт, только не это.
Митана запрыгивает в дом через окно, разбив его своим бердышом.
Твою мать, она не успела, ни жертвы, ни вампира уже нет здесь, нужно срочно выручать её, пока она жива.
В комнату забегают родители, услышав шум разбитого окна.
– Что вы здесь делаете? – Кричит женщина. – Где наша дочь?
Митана собирается выпрыгнуть в окно, но мужчина хватает её за шкирку.
– Отвечай, тварь, – требует он.
Митана убирает его руку.
– Я верну её вам живой и невредимой, только не задерживайте меня.
Митана выпрыгивает в окно и бежит на запах вампира, который чувствует по дороге. И она видит убегающего вампира с девочкой на руках.
«Рубить нельзя его, – решает Митана, – он несёт девочку на руках. Я не сомневаюсь в своей точности, но он может запросто прикрыться ею и тогда я своими руками убью её».
– Стоять, – оборачивается он к ней, остановившись, держа девочку без сознания в руках, – иначе я сверну ей шею.
Митана останавливается и вампир скалится от радости.
– Вот так-то, мне без разницы, есть её живой или мёртвой.
– Отпусти ребёнка, мразь, – требует злобно Митана. – Чем дольше ты будешь её держать, тем ещё более болезненной будет твоя смерть.
– Ты мне не указ, соплячка, и не смей мне угрожать, или тебе всё равно, что с ней произойдёт?
На поле битвы прибегают родители.
– Отпусти её, – требует женщина.
– Стойте и не вмешивайтесь, пока вы рядом, я могу…
Они не слушаются её предупреждения и бегут в бой за своего ребёнка.
– Остановитесь, идиоты! – Кричит Митана.
Только вот вампир делает то, чего боялась Митана больше всего. Она не успевате набрать воздуха для рывка, а вампир сворачивает шею девочки, как только родители побежали на него.
Митана замирает от увиденного, держа воздух в себе и руки её начинают дрожать от ярости, радужки темнеют и она видит промежуточные нити, что ведут в разные точки на теле вампира. Митана срывается с места и отрубает руки вампира, поймав бездыханное тело девочки, положа его на свои колени. Вампир отпрыгнул назад, начиная заживлять руки, а Митана вглядывается в лицо убитой девочки, которую она не смогла спасти. Будь бы она быстрее, то непременно успела бы спасти её и ей бы не свернули шею. Она преодолела со своего рывка пятнадцать метров, но вдыхала слишком долго.
Родители подбегают к дочери в слезах, прощупывая пульс и слушая дыхание, но нет ни того, ни другого. Вид убитых горем родителей и вид убитой дочери этих родителей выводит Митану из себя ещё больше и ей начинает срывать голову, безумие просачивается в её голову.
– Жалкий вампир, – рычит Митана от ненависти к нему и берёт бердыш в две руки, – ты мне ответишь за это.
– Кто ты такая, соплячка? Неужели ты из корпуса истребителей? А какой у тебя ранг?
– Да, я истребительница и ранг мой изунот.
– Изунот? – Вампир закатывается смехом. – Я убивал ёзунотов, так что тебя одолеть будет ещё проще, чем их. Я без добычи не останусь.
Вампир кидается в сторону мёртвой девочки, дабы забрать её тело для употребления в пищу.
– Никуда не убегайте, – требует она от родителей, – пока я не убью его, иначе он отправится за вами.
Митана орубает руки вампира одним взмахом и он отпрыгивает назад, надеясь их заживить, но Митана отрубает ему ещё и одну ногу и он падает на землю, пытаясь подползти к ковру, что лежит перед ним, но Митана бердышом прибивает вампира к земле, пробив насквозь его спину с позвоночником и он кричит от боли, а Митана наслаждается его стонами боли.
– Урод, думаешь, я не поняла, что ковры – это твои двери в любое помещение? Я же заметила, что у всех жертв в комнате были ковры, поэтому всё и было так быстро и тихо, ты просто выходил из ковра и возвращался в него уже с жертвой. На улице лежал ковёр с твоим запахом и уже отсюда пошли мои подозрения. Ты убивал тех, кто был слаб и не мог дать сдачи, жалкий трус и слабак.
– А ты умная, только не учла одного момента, – комментирует он, харкаясь кровью.
– И какого же? – Смотрит надменно Митана на него сверху вниз.
– Я могу использовать как двери не только чужие ковры.
Вампир проваливается в ковёр, но Митана успевает вырвать из него бердыш и ковёр исчезает, появившись под мёртвой девочкой, которую родители уносят в сторону, не провалившись и сами.
Ковёр появляется перед Митаной в метрах десяти, рядом с этим ковром появляется ещё два ковра. И со всех трёх ковров вылазят вампиры, в точности выглядящие, как и первый, но Митане всё равно, сколько клонов он создаст – она убьёт всех, пока не дойдёт до оригинала, хотя с тремя сражаться будет сложнее, чем с одним и это неоспоримо.
Интересно, сколько он таких клонов может создать, хотя это неважно, потому что ей без разницы, сколько слабаков убить. Он ещё и отрастил себе руки и ногу, пока прятался, и спина у него снова целая, но ничего, скоро у него кончатся силы на лечение и тогда она позабавиться с ним на свою радость и в месть за всех убитых и за свою боль, что она получила, увидев смерть девочки и из-за внушения чувства вины, что это виновата она со своей медлительностью, ей нужно было сразу нападать, как только родители побежали вперёд, а она затупила, попытавшись их остановить, она никогда не забудет хруст этой детской шеи, как это урод свернул ей шею, развернув её голову на сто восемьдесят градусов.
Вампиры нападают на Митану и она отбивается от них с лёгкостью.
– А ты хорошо держишь атаку, молодец.
– Где все жертвы? – Спрашивает Митана, достав ещё и томагавк с пояса.
– Ты о какой именно? – Вампир растёгивает свой жилет, показывая его внутреннюю сторону, на которой прикреплены пряди волос. – Всего в этом селе я съел десять, а вообще больше пятидесяти. Каждая была очень вкусной. – Он прикрепляет новую прядь к жилету и Митану только раздражает это ещё больше.
– Урод, – рычит Митана.
Вампиры нападают и Митана видит множество промежуточных нитей, и вдыхает воздух.
– Второй воплощение: удар водной длани.
Томагавк Митаны покрывается водой и Митана проносится с бердышом и томагавком, отрубая головы клонам.
– Знаешь, – подносит он указательный к виску, а большой палец к подбородку, подпирая его, находясь в раздумьях, – я сделаю для тебя исключение, хоть ты и старше, но я съем и тебя.
В воздухе появляются левитирующие ковры, из которых выходят два клона вампира, встав рядом с оригиналом.
Эти клоны начинают надоедать Митане, а убивать оригинального она не хочет так легко, ей нужно измотать его до такой степени, чтобы у него не было сил лечить раны.
За спиной Митаны появляется на земле ковёр, из которого вылазят два клона.
«Нужно срочно убить её, потому что четыре клона – это мой максимум за раз, больше мне их не призвать».
– В атаку, – приказывает вампир и клоны нападают.
– Первое воплощение: режущая волна.
Митана одним взмахом сносит головы двум клонам, но тут у неё за спиной появляется ковёр, из которого выпрыгивают два клона.
«Он так быстро создаёт их? – Удивляется Митана. – Я не успею закрыться от их удара, мне прилетит по спине сразу два удара».
Микон выпрыгивает из кармана, резко вернув свой рост и отбив сразу двух вампиров назад от своей сестры, не дав им ударить её.
– Спасибо, братишка, – благодарна Митана, не отвлекаясь от оригинала с двумя клонами перед собой. – Слушай, возьми на себя двоих, если сможешь, ну или хотя бы отвлеки, чтоб они не напали в спину.
– Интересно, что это за вампир с тобой такой? Ты со своим братом ходила в кармане всё время? Почему он не утерял себя и работает с тобой? У меня много вопросов, я доставлю твоего брата главе.
Митана, услышав о главе вампиров приходит в предел своей ярости, а ещё она чувствует ненависть к себе и к Микону от родителей погибшей из-за того, что он вампир и она, выходит, не лучше, раз работает с ним.
Митана срывается с места, вдохнув шумно воздух.
Вампир предпринимает умное решение – создать ковёр вокруг себя, в который залетает Митана, не успев что-либо сделать. Клоны запрыгивают в ковры и они исчезают и остаётся только один ковёр за спиной оригинала.
Микон срывается с места к ковру, но его хватает вампир, не давая добежать и откидывает его в сторону, но Микон устаивает на ногах.
«Нельзя давать им быть вместе, иначе мне их не выйграть. Эту дуру уже утянули и она там захлебнётся и мои клоны помогут разобраться с ней, а с этим предателем я разделаюсь сам».
Вампир нападает на Микона и он принимает это бой, хотя ему тяжело биться с взрослым мужчиной-вампиром, что сьел полсотни людей, в отличие от него, что никого не ел.
В это время Митана открывает глаза, находясь под водой, и свет она видит сверху только в одном месте, понимая, что там ковёр.
Клоны довольны, потому что это их карманное измерение, и выход здесь только один, который обязателен, иначе бы он просто закинул её сюда без выхода, оставив задыхаться. Если он победит её и ещё доставит её брата, что почему-то не подчиняется главе, то она славно наградит его своей кровью и тогда он станет гораздо сильнее и его способность разовьётся.
«Эта девчонка не сможет здесь дышать как я, мне даже не нужно её пытаться забить, главное – не дать добраться до выхода, а она не сможет здесь двигаться быстро как я».
Клоны, как торпеды, начинают мчаться к Митане со всех сторон и она пропускает их атаки.
Ей нечем дышать, а воздух она выпустила весь во время рывка к оригиналу. Она так умрёт здесь, если будет паниковать и принимать ошибочные решения. А с другой стороны, чего ей бояться? В воде не такое движение, как на поверхности, нечего бояться, она и есть вода, Мизуно учил её этому.
Вампиры плывут к Митане и она улыбается от радости, что они попались в её ловушку.
«Пятое воплощение: водный торнадо».
Митана крутится в воде с бердышом и клонов затягивает в водоворот, что создала Митана своим вращением под водой.
Клоны совсем ничего не могут сделать, вращаясь в тоннах воды и Митана томагавком с лёгкостью отрубает им головы и они сгорают белым пламенем, несмотря на то, что под водой, так как от этого очищающего пламени нет спасения.
В это время Микон злится и его зрачки сужаются, радужки бледнеют, а по склерам расходятся чёрные трещины. На руках ногти отрастают на длину пальцев и утолщаются, становясь когтями, заострившись.
Вампир нападает на Микона и он блокирует его удар, схватив за жилет, порвав его и вырвав кусок плоти с тела вампира, что сдал назад и он чувствует, что клоны были убиты.
Митана резко выпрыгивает из ковра за спиной вампира и отрубает его ноги и он падает на спину. Вампир пытается провалиться в ковёр, что создаёт под собой, но Митана хватает его за грудки, кидая его в стену дома и отрубает его руки.
Пришло время отыграться на нём за всё. Митана томагавком ударяет по паху вампира и он взвыл от боли, Митана проворачивает лезвие томагавка, наслаждаясь стонами боли и лыба не сходит с её лица, безумный оскал выходит на её лице и Микона пугает это, во что превращается его сестра. Митана даёт вампиру время на лечение и ударяет бердышом в пах вампира, а томагавк вбивает в лоб, пробив кость и мозги насквозь и кровь забрызгивает лицо Митаны, попав и на её оскаленные зубы, и Митана сплёвывает его кровь ему на лицо и наступает на него, прижимая его лицо к земле и вырывает томагавк с головы, рассекая им пузо вампира и разрубая его кишки, выкидывая их наружу.
– Ну что, тварь, нравится?! – Истерично смеясь, спрашивает Митана.
Она видит, что его раны уже почти не заживают.
– Ой, у кого сил уже нет? – Злорадствует Митана.
Митана берётся за голову вампира, медленно скручивая её и позвонки хрустят, а Митана лишь смеётся от наслаждения и сатисфакции над ним. Митана откидывает его туловище в сторону. Микон останавливает Митану, когда она хочет нанести очередной удар и она яросто оглядывается на него и он вертит головой, поглаживая её плечо рукой. И Митана выдыхает, успокоившись, её глаза становятся обычными, взгляд человеческим.
– Спасибо, Микон, что не дал потерять себя окончательно.
Микон довольно кивает и Митана бердышом отрубает голову вампиру.
– Микон, мы уходим домой, – объявляет Митана, поникнув взглядом, опустошившись душой, – залезай обратно в карман, нечего нам больше здесь делать.
Микон подчиняет ей и залазит в карман, снова став маленьким.
– Спокойного сна тебе, брат.
Когда Митана собирается уйти, она слышит в спину кучи оскорблений и проклятий.
– Это всё ты виновата! – Кричит мужчина. – Если бы не ты она бы была жива.
– Будь ты проклята, – желает ей женщина, – уродка. Ещё и брат твой такой же.
Раньше бы Митана сразу бы напала, а то и вовсе убила бы эту женщину за оскорбление брата, но время уже прошло то и она повзрослела, а боль и наблюдение за смертями тех, кого хочешь защитить, очень хорошо и быстро заставляют повзрослеть.
Митана молча проглатывает это, позволив им и дальше желать ей всего плохого. Она понимает, что сейчас им легче и лучше всего будет обвинить её в смерти их дочери, со временем их боль станет становится легче и вместо ярости в голову придёт осознание, что они тоже были неправы и она не заслуживала всех этих слов, некоторые – да, но не каждое.
Митана покидает их, идя в подавленном состоянии по дороге в ночном лесу и Микон вылазит наружу, вернув свой рост и идя рядом с сестрой, видя её потухший взгляд и ему становится страшно за неё, а у Митаны всё это время перед глазами зацикленный эпизод сворачивания шеи этой девочки, которую она могла бы спасти, если бы не побоялась того, что тот урод прикроется ею, и ударила бы. Он бы вряд ли успел закрыться ею, а так она убила её в любом случае.
Митана ударяет в дерево, опираясь кулаком на него и голова Митаны повисает и на землю падают слёзы и с губ Митаны срывается рёв.
– Ну почему? – Взмолилась Митана, жалобно хрипя от слёз, что давят на горло. – Почему же я такая жалкая, что никого даже спасти не могу? Я что, убила два с лишним года просто так? Моя первая миссия и сразу же неудачная. Ненавижу.
Митана ударяет в дерево, разбив свой кулак в кровь, и когда она хочет ударить снова, не обращая внимания на боль, Микон останавливает её руку и она в слезах смотрит на него, подняв голову вверх.
– Микон, я… ненавижу себя за ту заминку, – признаётся Митана ему, – исход мог бы быть другим, если бы я была быстрее и смекалистей, но я обломалась и это стоило ребёнку жизни, а ведь она тоже хотела жить счастливо, выучиться, найти работу по душе, выйти замуж, завести семью, а тот урод и я лишили её этого и принесли её родителям горе.
Микон прижимает Митану к себе и она чувствует от него заботу и нежность – то, чего ей не хватало все эти годы, и в этот момент, когда у неё нет никого и все выступают против. Теперь же слёзы Митаны уже не от боли, а от благодарности и взгляд её оживляется.
– Спасибо тебе большое, – целует она его в лоб, – мой любимый братик.
Микон понимает, что он помог только с первым ударом, разобрался с симптомами, но этот момент оставил отпечаток на ней уже до конца жизни и никуда он оттуда не денется никогда. С другой стороны она стала истребительницей, а у них таких отпечатков явно не один, но ничего, они же справляются, значит, и Митана сможет, потому что она не хуже, а явно лучше.
Вместе они идут дальше по лесу и на экране рации Митана видит зачисление зарплаты в виде пятисот долларов (пятидесяти тысяч рублей). А так же она видит новое голосовое сообщение с заданием.
– Северо-запад, – раздаётся голос мужчины из рации, когда Митана нажимает на кнопку, – там обнаружено поместье с тремя вампирами, предположительно, они каждый съели по семьдесят человек. Эти вампиры похищают людей и сжирают прямо у себя в поместье, уничтожь их всех троих и получишь за это тысячу долларов.
– Ладно, как раз высохну от воды того ублюдка.
Митана выбирает поиск маршрутов и до места ей идти около сорока километров. Она не будет торопиться, будет идти и думать.