Хорошая поэзия против правильной поэзии

На самом деле, тема, вынесенная в заголовок, надумана. Нет никакого смысла сравнивать хорошесть поэзии и её правильность, хотя такие попытки в среде любителей происходят постоянно. В идеале, комментатор, выступающий с критикой, должен сначала оценить стихотворение как читатель: понравилось, не понравилось, какие конкретно ощущения испытаны. А потом смотреть, какие «технические характеристики» вызвали эти ощущения, позитивные или негативные, и обсуждать их с этой позиции. Однако нередко происходит ровно наоборот: узнав, что есть какие-то «законы стихосложения», комментаторы начинают ходить и примерять их к стихотворениям. Иногда сами впадая в раздрай: как же, всё неправильно, а хорошо и за душу берёт?

Если стихотворение хорошее, но кажется неправильным, это только потому, что оно подчиняется тем законам гармонии, о которых вы ещё не знаете. Как правило, речь идёт о гармониях, разработанных в русском стихосложении в течение 20 века. В большинстве статей на тему «я сейчас научу вас писать стихи» рассматриваются только правила, выдвинутые в 19 веке, иногда чуть-чуть и в 18. Они устанавливаются, как догмы. Почему? Да потому, что про них есть в учебнике литературы, а всё, что сказано в школьных учебниках, есть догма. Нас так в школе учили их воспринимать.

На гармонии можно «натыкаться» самому, можно их изучать по справочникам и лекциям. Ни один из этих двух способов не является более настоящим, более поэтическим, и т. п. Потому что вашу поэзию делает настоящей и хорошей не то, каким образом вам пришло в голову использовать именно этот ритм или именно такую рифму, но сам факт их удачного, верного использования.

Вспомним, что делает стихотворение — стихотворением, чем поэтическая речь отличается от прозаической, а вместе они — от устной.

Стихотворную речь отличает ритм, и вместе с прозой они отличаются от речи устной высокой информационой плотностью. Притом информационная плотность стихотворения на порядок выше таковой в прозаической речи.

Это не значит, что у прозаической речи нет ритма. На композиционном уровне — есть. Стихотворение же выстроено на ритмах, самого разного типа.

Повышенная информационная плотность стихотворения не означает, что каждой строкой нам сообщают новую мысль. Более того, чаще всего всё стихотворение выражает одну мысль или одно ощущение.

Все дело в том, как взаимодействуют между собой слова. Их сочетание выстраивается таким образом, чтобы не складывать смыслы, а умножать их. На это работает всё, не только подбор слов. Все технические приёмы.

Как правило, в хорошем стихотворении взаимодействуют несколько видов гармонии. Они могут сотрудничать или входить в кратковременное противоречие. Гармонизация стихотворения может идти по ритму, по звуку, по образам, по стилю, по композиции, и т.д.

Все мы проходили в школе классическую поэзию Золотого Века, т. е. девятнадцатого. Одни из нас безоговорочно почитают её как единственный образец и канон, другим она скучна. И почти нет таких, кого она трогает в самой глубине души, напрямую, а не через фильтр «это же классика и потому великолепно!» Дело не в том, что она плоха или была скучна на момент описания. Но для нас в ней уже нет новизны. Всё те же тысячу раз повторенные ритмы, рифмы, образы, словесные обороты и даже темы. Для прямого взаимодействия стиха с читателем нужна не только понимаемость/опознаваемость, но и новизна. Поэзия мертвеет, когда вместо того, чтобы идти вперёд, бесконечно себя повторяет. Писать «как Пушкин», это писать так, как Пушкин ни за что бы не стал — потому что именно он, принимая старое во внимание, отказывался в нём оставаться и шёл вперёд, создавая новое. Он развивал поэзию уже тем, что сам развивался бесконечно, не ставя себе твёрдой цели «писать как...». Для поэзии, как для всего живого, полная неподвижность есть смерть.

Лилит Мазикина.

https://vk.com/topic-53316912_28775305?post=815