Генеральский сынок

Сколько помнил отца, тот держался с ним строго,
Пусть усмешку в усах все ж усердно скрывал…
А сынок подрастал, И пошел по отцовской дороге,
По которой когда-то с боями прошел генерал.
Он ни в чем никогда не имел привилегий,
Разве только в одном – первым встать на врага.
И солдаты в окопах его величали Евгений,
Только разве «Ваш-бродь!» прилипало к нему иногда.
Был солдатам отцом и не праздновал труса,
И не кланялся пулям юный штабс-капитан,
Только робко краснел, повстречав медсестричку Марусю,
А она умоляла: «Храни тебя, Боже, от ран!»

Но война есть война! Золоченной нашивкой
Был отмечен герой за ранения шрам.
И к шинели денщик ее только пришил, как
На германцев повел свою роту в атаку он сам!
Черным смерчем метнулась земля под ногами…
А очнулся в вагоне от боли от множества ран.
И Марии лицо: «Потерпите, Евгений, я с Вами!
В Петрограде врачи Вас спасут, господин капитан!»
Кумачовый закат полыхал над столицей,
Где пожар революции жарко пылал…
Капитан не узнал ни отца, ни знакомые лица,
И свой Питер родной он в горячном бреду не узнал.

А когда наконец он пошел на поправку,
Различил как в тумане Маруси лицо.
Ее голос: «Отец Ваш подал накануне в отставку,
Оклеветанный кем-то из бывших коллег, подлецов…
Он ушел на допрос и пропал… Ну, куда же Вы, Женя?!
Вам нельзя волноваться! Вам доктор покой прописал…»
Капитан до крыльца добежал и упал без движений,
И не слышал, как черный его воронок забирал.
Он ни в чем никогда не имел привилегий,
Разве только отдать долг России сполна.
Но предстал пред судом чрезвычайных коллегий.
Приговор «Враг народа!» - Вот пролитой крови цена