ЭСКАДРОН СМЕРТИ

ЭСКАДРОН СМЕРТИ
(ТЕКСТ)
ЭДУАРД ВАЙНЕР
(ИСПОЛНЕНИЕ)ИИ

Мне их не жаль — они порок войны,
Воюют за кусок, за малость.
Они все — слуги сатаны,
В глазах у них не встретишь жалость.

Я не жалею их. Чего мне их жалеть?
Я сам такой же, как они.
Готов безвестно умереть,
И смертью дышат мои дни.

НаЁмник я какой страны?
Какой державы я солдат?
Мои страданья не важны,
Моим мучениям я рад.

Я помню и хочу забыть
Прощальный ужин при свечах.
Ты продолжала говорить
Мне со слезами на глазах:

«Зачем? Куда ты прочь идЁшь?
Что там забыл, родимый мой?
Погибель там свою найдЁшь,
Назад ты не придЁшь домой».

Что мог на это возразить?
Она во всЁм была права.
Себя осталось лишь винить,
Что закусил я удила.

И я ушЁл, а в спину взгляд
Сверлил, и было очень больно.
Дороги нет уже назад.
Ну всё об этом, всё, довольно...

...Мы до аула добрались,
Мне кажется, была суббота.
Как вихрь, в аул мы ворвались —
Кровавою была работа.

Удар тупой меня свалил,
Очнулся я у моджахедов.
Глаза открыл — а он курил,
Ловил свой кайф после обеда.

Я захрипел, он подошЁл,
Передо мною сел на камень:
«Очнулся? Это хорошо!
Ты жив, и это славно, парень».

Довольно чисто говорил
Он на чужом ему наречьи,
А сам глазами всё сверлил,
Мне руки положив на плечи:

«Твои покинули аул,
Убитых, раненых забрали.
Ты с поля боя улизнул —
Вмиг в дезертиры записали.

У нас есть в части человек,
Он рассказал, что ты заочно...
Короче: "Вышка за побег".
ПриговорЁн, и это точно.

С оружием в руках сбежал,
Нарушил Родине присягу.
И даже кое-кто видал,
Как с поля боя дал ты тягу.

Я знаю — правды в этом нет,
Ты раненым пленЁн был мною.
Но кто поверит? Где ответ?
Его ты унесЁшь с собою.

Подлечим, встанешь в строй.
Теперь ты, парень, с нами.
Душа болит? Так волком вой
Иль бейся головой о камень».

По сердцу как ножом прошЁл,
При этом криво усмехнулся.
Сказал всё это и ушЁл,
И на меня не оглянулся.

Прошла неделя или две,
Сквозная рана затянулась.
Опять он заглянул ко мне:
«Коса на камень не наткнулась».

Я понял: нет пути домой,
Петля на шее затянулась.
Я согласился. Боже мой!
Фортуна задом повернулась.

Везли куда-то через лес,
Потом глаза мне завязали.
Я с той поры навек исчез —
«Для всех ты умер», — мне сказали.

Жестокий тренинг: ночью, днЁм.
Все без имен, одни лишь клички.
Попал я к смерти в эскадрон,
Убийство стало мне привычкой.

Летели дни, прошли года,
И никого со мною рядом.
А, впрочем, умер я тогда,
Когда ты провожала взглядом.