СМЕХООБОЗРЕНИЕ

.


       СМЕХООБОЗРЕНИЕ
____________________________________________________


                 ПРОИСШЕСТВИЕ

        На следующей троллейбусной остановке ещё один пассажир сошёл           с ума, пронзённый сильной головной болью в спине и получив паралич нижних дыхательных конечностей.

        Это был подающий большие надежды на лучшее будущее, хорошо проверенный, вполне себе добропорядочный парашютист. Вполне ничего себе как бы.
        Он возвращался из спортивного зала с тренировки, где сделал сложное акробатическое упражнение — стойку на голове, а потом на языке, и под восторженные аплодисменты присутствующих получил похвальную грамоту.

        Прибывший на остановку со скорой помощью врач-камикадзе осмотрел пострадавшего, прочитал похвальную грамоту и сказал: "Жить будет, но летать уже не сможет, не говоря уже о всяких там стойках".
        И добавил:
        "Хорошо, что сегодня вторник, а не вчера, когда бы это было завтра".

        Пострадавший приподнял голову и, как бы в бреду, сказал: "Ну что ей до меня?! Она была в Стамбуле!". И бессильно уронил голову, и потерял сознание.
        Его увезли в больницу.
_______________

        НАБЛЮДЕНИЯ. ИНТЕРЕСНЫЕ ВЫСКАЗЫВАНИЯ.

        Надпись на заборе — "Toварищи! Граждане! Не материтесь матом. Ведь вокруг женщины, дети. Материтесь как-нибудь по-другому".
_____

        Табличка на двери в коридоре учреждения — "КУРИЛКА. МАТЕРИ́ЛЬНЯ".

_____

        Из радиопередачи Вести FM о пищевой промышленности, где можно услышать перлы похлеще, чем у Черномырдина:

        "Бо́льшее потребление мяса повышает социальный статус человека"

        "Иногда бывает время, когда денег не хватает, а это практически всегда".
__________

Из ВСЕОБЩЕЙ ДЕКЛАРАЦИИ ПРАВ ЧЕЛОВЕКА:

        "Каждый человек, независимо от возраста, пола, национальной принадлежности и вероисповедания имеет право хотеть всё, что он хочет".
____________________


                    *  *  *
        Варфоломей Долбоно́сиков и Саша Мегапи́ксель. 
        Они стояли рядом со ртом, полным слове́сности и стирательных резинок.
        Рядом со ртом.

        И Яша Беспилотник. 
        Изо рта его пёрли перлы.

        И Фима Огурцов и Моня Межба́нк.


        (Межбанк — реальная фамилия. Этот человек работал на предприятии ещё в советское время вместе с Фимой в одном отделе).
____________________

                ДВАЖДЫ МАЙОР

        Только что доставленный пациент думает про себя:​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​
​         — Что это за странные люди в белых халатах и почему они так удивлённо смотрят на меня? Наверное, они думают, что я — это я? Но ведь я же совсем другой человек. И не простой человек, а дважды майор.


        Что, что они сказали? Миши́гине майор?
        Дважды мишигине майор?!
        Мишигине, мишигине…
​        Но ведь это же еврейское слово и означает чокнутый.
        Дважды чокнутый майор?!
​        Ну, это уже слишком! Что они себе позволяют?! И особенно тот противный, ехидный, с предательскими подленькими усиками. Мелкий, позорный человек, если у него такие усики. С такими усиками человек всегда готов на предательство. Не зря ведь в советских фильмах с такими подленькими усиками всегда показывали предателей и шпионов — мокрых, скользких людей. Я вот только сейчас сниму с себя эту длинную рубашку и как дам ему, как врежу!


        Что-то совсем не снимается...

        Да ведь рукава же связаны!

​         Мишигине, мишигине…
​         Да ведь это они нарочно так говорят на другом языке, чтобы я не понял! Но я то всё понимаю, и даже больше, чем они все вместе взятые, причём во всех областях наук и военного дела, ведь я же дважды майор, а такие звания за просто так, абы кому попало не дают, таких, как я, в мире, может быть, только единицы — раз-два и обчёлся — даже на пальцах одной руки не сосчитать.
        А вообще-то, откуда они знают еврейский язык? Наверное, шпионы. А болтун — находка для шпионов, поэтому я больше ничего им отвечать не буду. Слово — серебро, а молчанье — золото. Молчанье — золото, молчанье — золото. И к тому же ещё есть статья, по которой я имею право без адвоката не давать никаких показаний, чтобы не навредить себе.
​        Адвоката мне! Адвоката!

​        Люди в белых халатах начинают совещаться. Слышны некоторые их комментарии:

​        — Адвоката ему, видите ли, подавай!
        Сумасшедший он, что ли?
​        — Сумасшедший, сумасшедший, да ещё какой!
​        — Да этот сумасшедший вообще какой-то ненормальный.
​        — Да ладно бы, если бы просто обычный ненормальный сумасшедший, но ведь он же ещё и придурок.
​        — Моё мнение — особенно круглый идиот.
​        — Ну что вы, что вы, коллеги! Эк куда загнули! Вы не правы. Это же вполне себе нормальный обычный идиот.
​        — Вы ещё скажи́те, что даже половозрелый гигант мысли.
        — А ну-ка, ну-ка? Как вы сказали?
​        — Половозрелый гигант мысли.
​        — Ну вы и сказанули! Это что-то новенькое. Новое слово в психиатрической науке? И как же прикажете это понимать? Новая классификация в перечне болезней?
​        — А вот так! — И идёт оживлённое обсуждение новой темы. Коллеги нетерпеливо перебивают друг друга, возбуждённо размахивая руками и совсем забывают о пациенте.



        Наконец один из них подытоживает дискуссию:
        — Итак, мы не пришли к общему мнению.  Поэтому предлагаю поставить диагноз, включающий мнение каждого, а именно — ненормальный сумасшедший, сумасшедший придурок, особенно круглый идиот, вполне себе нормальный обычный идиот, половозрелый гигант мысли, параноидная шизофрения с навязчивыми бредовыми идеями и манией величия.



        Но особенно ответственный, авторитетный и представительный участник консилиума возражает ему:
        — Ну как же так можно?! — в одном диагнозе поставить сразу много диагнозов!Получается тогда, что ви, уважаемый коллега, уже тоже мишигине?
        И к тому же, такой неточный, расплывчатый диагноз может только навредить больному. А ведь мы же давали клятву Гиппократа — не навреди, в которой сказано: "Клянусь Аполлоном-врачом, Асклепием, Гигиеей и Панакеей и всеми богами и богинями, беря их в свидетели, исполнять честно, соответственно моим силам и моему разумению, следующую присягу и письменное обязательство:
...
        Я направляю режим больных к их выгоде сообразно с моими силами и моим разумением, воздерживаясь от причинения всякого вреда и несправедливости".



        Коллеги застывают в неподвижности в большом замешательстве — они давно забыли точный текст клятвы и это цитирование их почему-то поражает.


        — И как, спрашивается, теперь его надо лечить? — продолжает особо ответственный коллега. — Ведь при каждом перечисленном диагнозе лечение совсем разное.

        И дискуссия разгорается снова.

        Но дискуссию прерывают крики пациента: "Адвоката мне, адвоката! Карету мне, карету!"
        Они удивлённо поворачиваются к нему, как будто бы впервые видя его, и недоумённо застывают, как статуи — с ещё раскрытыми ртами и неподвижными, застывшими в жестикуляциях руками.


        А в это время в распахнутое окно влетает нимфа и уносит пациента в заоблачные выси для сексуальных домогательств...
______________________________